Теперь Арчибальд тоже это видел. Подрагивающие руки, блестящие глаза, неровный шаг. Вот и прекрасно, хуже, если бы они набросились гурьбой.
Однако принцесса ошиблась — первым к ним со спины подобрался лазутчик. Взвизгнув, Каролина увернулась от его захвата, а в следующую минуту на груди солдата расцвела широкая алая полоса.
Первая кровь, первая смерть словно пробудила всех от спячки. Стоило телу рухнуть на мостовую, как люди короля ринулись в атаку.
Арчибальд не чувствовал страха. Сталь пела в его крови, меч стал продолжением руки. Он умудрялся наносить удары, не заработав и царапины. Пригибаясь, подныривая, ставя подножки, лорд Трайд отчаянно боролся за жизнь, пытаясь прорваться к Каролине: в пылу боя ее отрезали от него. Однако принцесса не походила на беспомощную жертву. В ход пошли ножи. Она хладнокровно метала их в цель, будто вместо людей была мишень в дворцовом саду. Каждый удар — в «десятку». Чтобы не запутаться в юбках, Каролина завязала их на поясе. Поразительно, на какие мелочи порой реагируют мужчины! Стоит обнажить кружево панталон, подвязки чулок, как они сразу становятся медлительными, пялятся на женские ножки. В отличие от солдат Αрчибальд времени не терял, пользовался любой заминкой противника. Проглядывавшая сквозь расстегнутую куртку рубашка взмокла, бока ходили ходуном. Движения постепенно замедлялись, конечности наливались свинцом. Каролина сознавала, долго он не продержится. Стоит первому солдату достать его, оставить росчерк лезвия на коже, как стая шакалов сообща добьет лорда Трайда. Пока они его побаивались, держались на расстоянии, нападали поодиночке.
Больше всего на свете Каролина боялась, что Арчибальд сейчас споткнется. Обо что? Да хоть о мелкие камушки, будто специально отскакивавшие под ноги, мертвое тело, просто запнется от усталости. Всякий раз, когда лорд делал выпад, у нее замирало сердце.
Принцесса понимала, одних ножей мало. Ее взгляд метался между харчевней и офицером. На месте ли Ральф, вмешается ли или предпочтет сменить хозяина? Лучше надеяться только на себя, чтобы не испытывать горьких разочарований.
Сколько им отпущено? Сколько времени ещё осталось?
Во рту стоял острый привкус соли — Каролина не заметила, как прокусила язык.
Она справится. Но почему именно сейчас Каролина впервые не уверена в собственных силах? Тогда, в таверне, вербуя наемников, принцесса ни капельки не сомневалась в успехе дела, а теперь превратилась в обычную девчонку. Все дело в нем — Арчибальде. Каролина не могла сосредоточиться, так переживала за него.
Споткнулся.
Рука метнулась сама, стремясь увести смертоносный клинок от горла. Порыв ветра вышел коротким, но сильным, повалил солдата с ног. Арчибальд сумел подняться. Слишком тяжело, слишком медленно. И они набросились на него, почувствовали слабину льва. А вместе с ними и Каролина, только уже на солдат. Позабыв о стихиях, она щедро потчевала нападавших ядом. Он струпьями разбегался по коже от ее прикосновений, проникал в кровь. Каролине не требовалось царапаться, повисать на шее, молотить ногами по спине — достаточно дотянуться до незащищенного участка кожи.
Солдаты не сразу почуяли неладное. Ρаззадоренные близостью победы, они навалились на Арчибальда, мысленно делили награду. Α за их спинами один за другим гибли товарищи. Понимание пришло только, когда агонизирующие крики слились в какофонию.
— Осторожно: принцесса! — крикнул офицер и, пришпорив коня, попытался набросить на девушку мешок.
Подобной наглости Каролина не стерпела. Ее — и в грязную мешковину! Лошадь она не тронула: бедное животное ни в чем не виновато, а вот всаднику не суждено было доложить об успехе или неудаче засады.
Нож вошел в горло словно в масло. Недаром принцесса приберегла его, не поленилась пару минут назад вытащить из трупа.
Захрапев, лошадь понесла прочь мертвого седока.
Время пришло. Ярость в крови Каролины достигла предельной концентрации, и на деревню обрушился вихрь. Он с легкостью подбрасывал людей в воздух, кидал на крыши, ломал кости о стены домов. Звенели стекла, осыпаясь на землю острой крошкой. Кричали, спешили укрыться в погребах местные жители. Ураган бушевал всего на одной площади — невиданное прежде явление! А посреди хаоса — Каролина, бледная, с блестящими потемневшими глазами. Из зеленых они превратились в практически черные. Пальцы болезненно скрючились, как у паука, ткущего паутину.
Ρальф наблюдал за действиями госпожи сo смесью ужаса и уважения. Он подоспел к месту встречи раньше назначенного часа. К тому времени бой уже начался, однако мужчина не спешил вмешиваться. Как всякий наемник, Ральф ценил чеканную монету, не собирался лезть в пекло за стандартную плату. Людей короля слишком много, они напали на Каролину, когда та формально находилась не под его защитой — взятки гладки.
Однако сильна! Там, в таверне, принцесса не показала и половины той мощи, что сейчас. Истинная королева! «Точно ли Квентин не от любовника? — промелькнула крамольная мысль. — Не могла девчонка родиться с таким даром второй, Изначальные бы не допустили».
Очередной порыв — и кончено.