По-простому? Я аж задохнулась от возмущения. Конечно, эти жуткие шерстяные штаны никого не украсят, но простушкой меня еще ни разу не называли. Я сняла перчатку. На ладони тут же возник язычок пламени.
— Интересно, начну ли я смотреться, как положено, если сейчас подпалю кое-чью задницу?
— Йована! — Сокол взглядом погасил созданный мной огонь. — Ну нельзя же так! Где, в конце концов, твои манеры!
— Сожалею, — сказала я наигранно кротко, — но я слишком рано лишилась гувернантки. Эпидемия, бушевавшая в нашем поместье, подкосила и ее.
— Печально, юная госпожа, — сказал незнакомец. — И что за напасть?
— Запой, — вздохнув, ответила я. Собеседник расхохотался. Сокол поморщился, будто у него внезапно разболелся зуб.
— Люди с островов Бьорнланда — нечастые гости в этих краях, — сказал он. — Что привело вас сюда зимой?
— Бьорнланд? — удивленно переспросила я, уставясь на татуированного. — Тот самый? Где пираты?
— Да купцы мы, купцы! — ответил раздраженный голос впереди. — С разрешением на торговлю. Законную.
Повернувшись в ту сторону, я увидела второго островитянина. Он был помоложе, повыше ростом, кроме татуировок имел кривой шрам через всю щеку. Его волосы, тоже длинные и светлые, были скручены прядями. И ехал он прямо перед Соколом. Как быстро им удалось нас окружить!
— Далеко вы забрались, — сказал Сокол. — Неужели на островах возник спрос на амулеты, сделанные магами с материка?
— Ну… — молодой бьорнландец отвел взгляд. — И на амулеты тоже.
— Мы много где успели поторговать, — продолжил тот, что постарше. — Как в Стонущих Холмах высадились, так и кочуем. До весны хотим в столице осесть, прогулять барыши.
— Вы были в городе Унру? — спросила я. Он ухмыльнулся.
— У черта под…? — девушке не полагается знать таких слов, но я не сдержалась, покраснела и хихикнула. Сокол посмотрел на меня с укором. — А вас что, милостивый господин, в такую холодрыгу из Университета погнало? Неужто правда юной госпоже паломничество по заведениям устроить хотите?
— Мы не состоим в общине Университета, здесь проездом, — ответил Сокол. — Собираемся завтра утром уйти на перевал.
Тот, что ехал впереди, развернулся в седле задом наперед, лицом к Соколу.
— Разве его можно об эту пору пересечь?
— Значит, можно, магам оно видней, — перебил его второй. — Вы, господа, где остановились-то, коли не секрет?
— Пока не знаю, — сказал Сокол. — Поищем что-нибудь.
— Что-нибудь? Вот это скромность! Первый раз такого колдуна встречаю. Вы, часом, не целитель?
— Нет, — улыбнулся Сокол. — Я повелитель ветра.
— Якорь мне в глаз! — воскликнул молодой с восторгом. Тот, что постарше, присвистнул.
— Большая честь, господин, — сказал он с уважением. — Тем более негоже, чтоб вы в первом встречном вшивнике ночевали. Не изволите ли к нам? В «Корону и магию»? Там лучшие харчи в этом драном городе, бородой своей клянусь! Наш караван там все комнаты выкупил, весь второй этаж. Чтоб не селился абы кто. Так что и для вас места хватит, и для вашей языкастой юной госпожи.
Сокол покосился на меня с сомнением.
— Да уж, Йована. И почему у меня такое чувство, будто ты оказалась в привычной среде? — я пожала плечами. Он огорченно покачал головой. — Что ж, раз подвернулся такой случай, мы с удовольствием воспользуемся вашим гостеприимством.
— Вот это дело! Не будем тянуть пса за… — островитянин покосился на меня — хвост. Вилли, шугани-ка тех, впереди, чего они еле тащатся! Пока мы доползем, в «Короне» все пиво выжрут!
Но он ошибался. В таверне «Корона и магия» выпивка, похоже, не кончалась никогда. Это было шумное заведение, обставленное с размахом и щедростью. Глядя на его украшенный лепниной и разноцветными фонариками фасад, вывеска на котором была самой большой на всей улице, я подумала, что дела у бьорнландцев идут хорошо, чем бы они не торговали. Интересно, сколько стоит нанять тут все комнаты? Черт, я ведь маг. Надо бы переставать считать каждый грош.
В огромном, ярко освещенном зале играла музыка и носились такие аппетитные ароматы, что я украдкой сглотнула слюну. Когда вошли наши спутники, раздался хор приветственных голосов.
— Друзья! — выкрикнул тот, что постарше. Густав. Его зовут Густав. Чужеземные имена я почему-то запоминаю лучше. — У нас сегодня уважаемые гости! Это, — он показал рукой на Сокола, — мудрейшество Радомир, он не просто маг, а повелитель ветра, а эта барышня тоже маг и его спутница. Давайте же, братцы, покажем им, что такое гостеприимство Бьорнланда!
В ответ раздался вой десятка глоток, руки с кружками, полными пива, взметнулись в воздух. Сокол поднял руку в ответном приветствии.
— Значит так, Йована. С бьорнландцами не флиртовать. От пива вежливо отказываться, — тихо напутствовал он, пока мы шли к столу в центре зала, где пировали островитяне. — Не выражаться. Никого не поджигать, не морозить и не бить молнией. И вообще не бить. Помни, что ты дворянка и волшебница и веди себя достойно. Пожалуйста.
