Дарко… Мы очень мало виделись эти дни. Все свое время он проводил с Кэринусом Рэем. Я никак не могла понять, что общего было у агента Банка Альба и угрюмого мальчишки, но тем не менее они прекрасно поладили. Не знаю, чем они занимались целыми днями, однако хозяева поместья вроде не жаловались. Напротив, эльфу удалось найти общий язык с бароном и его семьей, и даже постное лицо хозяйки озарялось улыбкой от его комплиментов. Сокол был доволен возможностью со спокойной душой оставить эту парочку без присмотра. А меня Кэринус Рэй почему-то невыносимо раздражал, и я надеялась, когда мы покинем Мирославию, он за нами не увяжется.
Но даже самая трудная и долгая работа рано или поздно подходит к концу. И вот настало прекрасное утро, когда Сокол сказал, что нам больше никуда не нужно ехать, только понаблюдать несколько дней, а после мы, наконец, сможем отправиться домой. Хозяева, конечно, принялись уговаривать не торопиться, отдохнуть у них и погостить еще немного. А мы с Дарко не смогли скрыть радости, хоть это и было неприличным. Даже обещание нового охотничьего сезона не соблазнило моих спутников. Мы хотели домой. Чего хотел Кэринус Рэй, я не знала, но и ему явно наскучило сидеть на одном месте.
После завтрака мы с Соколом лениво прогуливались по липовой аллее, слушая погоду и беседуя о том, о сем. Было солнечно и свежо после ночного дождя. Я наслаждалась прохладой, ароматами влажной травы и цветов, тем, что сегодня никуда не нужно ехать, а еще тем, что никто за нами не увязался, и мы болтаем наедине. Не знаю, почему мы вдруг заговорили о Дарко, но я вспомнила, о чем давно хотела спросить.
— Там, в лесу, когда мы боролись с демонами и призраками, как так вышло, что они смогли воздействовать на антимага? Почему он слышит зов?
— Возможно, стоит обсудить это с ним самим. Я не силен в духовной магии, но, думаю, смогу позвать Дарко. Меня он захочет услышать, — улыбнулся Сокол. О нет! И кто меня вечно за язык тянет. Сейчас сюда Дарко притащится, а так здорово было вдвоем.
Сокол зажмурился, словно прислушиваясь к чему-то. Мы остановились. Когда я было решила, что не сработало, из-за поворота вышел Дарко. Выглядел он растерянным. Увидев нас, подошел и посмотрел вопросительно.
— Это я тебя позвал, — сказал Сокол. — Скажи, что ты чувствовал.
— Беспокойство. Просто не мог на месте усидеть, и почему-то хотелось прийти именно сюда, — Дарко запнулся. — И еще захотелось вас увидеть.
— Некоторые виды магии духа действуют на всех, у кого есть душа. Конечно, на антимагов гораздо слабее — тогда, в лесу, потребовались усилия многих призраков, чтобы заставить тебя ненадолго подчиниться. Но в Университете тебя научат бороться с такими приемами, и со временем зов будет беспокоить не больше, чем желание почесаться.
— Получается, бороться со Стражами закона с помощью магии вообще бесполезно? — спросила я.
— Магия духа скорее сработает им на руку: чувствуя ее, они легко выйдут на след. К тому же есть особые воины, на них и эти чары не влияют. Бездушные. Пройдя обряд, они теряют почти все свои чувства. Страх, жалость, любовь, муки совести — все это для них пустые слова.
Дарко слушал, затаив дыхание. Я представила, что с ним могут сотворить подобное, и содрогнулась. Пусть лучше и дальше живет сердцем, дурень. Если в Университете его собираются лишить души, он не должен туда попадать. Неужели Сокол это допустит?
— Просто чудовищно, — выдохнул Дарко. — Как можно делать такое с живыми людьми?
— Они сами соглашаются на это, — ответил Сокол. — Чтобы стать более совершенным оружием. И тебе наверняка предложат подобное, слишком уж ты эмоционален. Потому и к зову так чувствителен. Но согласиться или отказаться — право твое.
— Я не оружие. И никогда на такое не соглашусь.
Сокол улыбнулся, взял Дарко под руку и отвел в сторону от меня на пятачок свободного пространства. Встал напротив. Вытянул перед собой руки ладонями вверх.
— Положи свои ладони на мои. Смелее, — Дарко повиновался. Некоторое время Сокол стоял, глядя ему в глаза. — Чувствуешь что-нибудь?
— Я… не знаю, — робко ответил антимаг.
— Убери руки.
Столбы пламени с ревом взметнулись вверх, заставив парня отшатнуться, а меня вскрикнуть. Мой наставник сошел с ума? Он же его чуть не спалил! Но Сокол продолжал смотреть на Дарко, и не думая погасить огонь.
— А теперь положи ладони обратно.
Дарко сделал это прежде, чем я успела мысленно произнести «неужели». Ни один мускул не дрогнул на его лице. Я, конечно, тоже доверяю Соколу, но не до такой степени безумна. Накрыв пламя, Дарко без следа погасил его.
— Тебе даже не приходится прилагать усилий, — сказал Сокол, — чтобы усмирить мою магию. Это в твоей природе, Дарко. Для таких, как я, ты оружие. Которое в умелых руках может стать совершенным.
Он убрал руки, и антимаг застыл, растерянно глядя на свои ладони. Потом вскинулся, собираясь что-то возразить, но Сокол слегка коснулся его щеки, призывая молчать. Дарко опустил ресницы.
— Дарко, послушай меня. Ты наделен редчайшим даром. Многие хотели бы оказаться на твоем месте.
— Я бы с радостью поменялся с любым из них.
