Укус полностью

— Вздумаешь — дерьмецо-то я из тебя повышибаю, усек?

Я не стал даже отвечать.

— Теперь кто-нибудь ответьте мне, что вы там хотели провернуть с багажником.

— Ей нужно было кое-что достать, — сказал я.

— Что, например? — Схватив Кэт за ворот рубашки, он встряхнул ее. — Кэти? За каким чертом ты туда полезла?

— Ни за каким.

Он ударил ее явно сильнее, чем прежде. Она ойкнула, ее ноги дернулись.

Я, зарычав, рванулся с места, но Снегович ударил меня фонарем в челюсть. От удара моя голова дернулась назад, и я рухнул навзничь.

— Повторяю вопрос для тех, кто в шлеме: за каким чертом ты туда полезла?

— Просто хотела накрыть его! — В ее голосе билось отчаяние. — Дошло? Когда мы меняли шину, с него сполз брезент. Вот и все. Мы… мы просто боялись, что ты… ты посмотришь в багажник и увидишь его.

— Кого вы пытаетесь надуть, салажата?

— Это правда.

— Смени уже пластинку.

— Она правду говорит, — выдавил я, оторвав голову от земли.

Не говоря ни слова, Снег Снегович сунул фонарь в карман своего кожаного жакета и внезапно, подцепив носком ботинка лодыжки Кэт, закинул обе ее ноги в багажник и втолкнул ее саму туда без особых усилий.

— Эй! — Она всплеснула руками и повалилась на Эллиота.

Снегович захлопнул крышку.

В крышку изнутри отчаянно забарабанили.

Выхватив нож из чехла на бедре, седой громила направился ко мне.

Я попятился.

— Расслабься, — бросил он. — Я не собираюсь тебя мочить.

Пришлось-таки остановиться — чтобы не споткнуться. Он замер в шаге от меня.

— Что тебе нужно? — спросил я.

— Ничего, кроме правды.

— Ладно.

— Что в багажнике? Кроме Кэти и трупешника, в смысле.

— Молоток.

— Она пошла за молотком, так?

— Именно.

— Зачем?

— На случай, если ты выкинешь что-нибудь… этакое.

— Стоп, вы что, испугались меня? Двое мокрушников?

— Мы убили того парня, защищаясь. Он напал на нас. Мы боялись, что ты можешь поступить так же. Мы подумали… что ты преступник.

Он ухмыльнулся. Его зубы, кипельно-белые, едва ли не светились под бликами луны.

— Я что, похож на преступника?

— Скорее на байкера.

— У вас какие-то предубеждения насчет байкеров?

— Мы просто перестраховывались. В том плане, что мы собирались отвезти тебя на нашей машине, не зная, будешь ли ты нас грабить и убивать сразу или потерпишь, черт тебя дери!

— Ага, и это, по-вашему, повод сделать из меня отбивную, не разбираясь?

— Да НЕТ же! Мы не собирались предпринимать ничего такого, пока ты не нападешь на нас. Пожалуйста, выпусти ее из багажника. Она там с трупом, Господи Боже.

— Вот мы и подошли к другому вопросу. — Присев на корточки у моих ног, Снег Снегович уперся локтями в колени и погладил острием ножа седые пряди на подбородке, вдруг напомнив отчего-то какого-нибудь античного философа. — Кто он?

— Ты хочешь знать имя?

— Для начала.

— Эллиот.

— Кэти науськала тебя пришить надоевшего муженька?

— Он не был ее мужем.

— Вы с ней долго планировали? Мистер начал мешать романтике?

— Да какой он мистер…

— Наверняка, и по страховке выплату бы вы сграбастали.

— Нет.

— Я видел тот кинчик. Играли Фред МакМюррей и та душенька из «Большой долины».

— Барбара Стэнвик.

— Ага, она самая.

— Ты про «Двойную страховку»?

— Да, да. Он выбросил того изуродованного парня с последнего вагона поезда и…

— Тут совсем другое дело.

— По мне так — то самое.

— Для нас с Кэт это совсем другой фильм, — произнес я.

— Вот как? Позволь спросить, какой же?

— «Дракулу».

Мне не стоило этого говорить, но я не сдержался. С одной стороны, это он завел разговор о фильмах. С другой, мне не нравилась сама идея, что этот Снег Снегович или кто-нибудь еще неверно воспримет причины, по которым мы вынуждены были пойти на убийство. Да и потом, подпустить туману в глаза этому парню не мешало. Пусть поломает голову.

— Эллиот — вампир, — объявил я, так и не дождавшись в его глазах проблеска нужной мысли. — Он нападал на Кэт почти каждую ночь в течение года. Проникал в ее спальню и пил кровь.

— Ну и бред вы мне здесь впариваете.

— Но это правда. Она обратилась ко мне за помощью. Этой ночью я затаился в ее шкафу и дождался его прихода. Когда он показался и начал пить ее кровь, я забил в него кол. Потому что только так можно убить вампира. Берешь осиновый кол и…

— Да знаю я. Все это знаю. Смотрел фильмы. Прорву фильмов. Я люблю вампиров. Тут только одна проблема — фигня это все. Они есть только в фильмах и книгах.

— Я так тоже думал. До того, как увидел этого парня с Кэт. У нее остались следы от укусов. Выпусти ее из багажника и сам посмотри на ее шею. Там следы. От его зубов.

Он потряс передо мной ножом.

— Да ты просто хочешь, чтоб я багажник открыл.

— Да, представь себе, хочу! Как бы ты себя чувствовал, если б тебя запихнули в тесноту и темноту с голым мертвым парнем за компанию?

— Она это заслужила. Надуть меня вздумала, ишь, масленица.

— Выпусти ее. Пожалуйста. — Я вдруг осознал, что если он запер ее там вместе с ключами на скорую голову, выполнить мою просьбу будет очень непросто.

— Откуда я знаю, что у нее там не припрятана пушка?

— Не припрятана, Снег.

— Тебе легко говорить — не в тебя деревяшку вколотили.