Укус полностью

Мы с Кэт, стоя у него за спиной, чуть в стороне, тоже подпрыгнули и ахнули, когда челюсть Эллиота отвисла. Схватились за руки, как двое потерявшихся малышей.

Луч фонарика Снега Снеговича дико дрожал.

Все четыре клыка Эллиота блестели, как серебро.

Никто из нас не говорил. Думается мне, мы все просто ждали, что эта тварь, прикидывающаяся мертвой, выкинет дальше.

Но он просто лежал, разинув рот.

Через некоторое время наш байкер рискнул нарушить молчание:

— Что за черт?

— Видишь эти клыки? — спросила Кэт.

— В жопу клыки! Гляньте, что он наделал! Он меня едва не цапнул!

— Всему виной липучка, — сказал я.

— Что?

— Липучка с обратной стороны ленты. Ты ее слишком резко снял, вот она и дернула челюсть вниз.

— Да? — Он неуверенно хохотнул. — Да, пожалуй, что так. Конечно. Твоя правда, Сэмми-бой. Подловили меня. Ха! Дерьмо! Прям под ваши байки, а? Вы мне начали впаривать всю эту вампирскую муть, да тут еще и труп какого-то мудака из вашего багажника пытается меня цапнуть — разум забавная штука, не так ли?

— Еще какая, — согласился я.

Он сказал «Дерьмо!» еще раз и покачал головой. Затем пробормотал:

— Вашу ж мать. Хватит с него.

Попятившись от багажника, Снег Снегович захлопнул крышку с силой. Провернул ключ в замке и бросил нам связку. Я спрятал ее в карман джинсов.

— Вы хоть теперь верите нам? — спросила Кэт.

— В то, что тебе шею этот урод покусал? Да. Черт побери. Дай-ка глянуть. — Он подошел к Кэт и снова принялся разглядывать раны, куда внимательнее, чем прежде. Покачал головой. — Нет, и что, вот прям здесь в тебя и впивался? Этими зубищами?

— Увы.

— И пил твою кровь, говоришь?

Кэт кивнула.

— Вот иуда! Было больно?

— Конечно.

— Конечно — не то слово, красавица. Ух. Можно, я коснусь?

— Валяй.

Он переложил фонарик в левую руку, указательным пальцем правой коснулся одной из ранок — осторожно-осторожно, будто нажимая на кнопку дверного звонка, не будучи уверенным, что не ударит током. При первом касании его палец нервно дернулся. Выдохнув, Снегович попробовал еще раз. Помассировал подушечкой пальца одну ранку, затем другую.

— Они давние, — заметил он и отступил на шажок.

— Получены несколько дней назад, — сухо пояснила Кэт.

— Этой ночью он к тебе присасывался?

— Да.

— И где свежие укусы?

Я вспомнил, где именно, и меня бросило в жар.

— На пятке, например, — невозмутимо ответила Кэт.

Ох. Я об этом позабыл.

— Он пил кровь у тебя из ступни? — вытаращил глаза Снегович.

— Кровь — она отовсюду кровь, — сказала Кэт. — Ему было без разницы, куда пристраиваться.

— Но ступни. — Снег Снегович бросил нервный взгляд в сторону багажника. — Да откуда этот муфлон с прибабахом вообще вылез?

— Понятия не имею, но прибабах у него был тот еще.

— Слишком сильный, чтобы позволять ему и дальше гулять на свободе, — добавил я.

Посмотрев мне в глаза, Снегович кивнул.

— В точку, мужик. Я б и сам его грохнул, предоставься случай.

Кэт протянула ему руку.

— Рада слышать это, дружище, — сказала она.

Улыбаясь, байкер ответил на рукопожатие.

— Отныне, — заверила она его, — можешь звать меня просто Кэт.

— Слушаюсь, мадам. А вы меня кличьте, как заблагорассудится. И простите уж, что я вам по щекам надавал да в багажник запер.

— Что было, то было.

— Не желаете как-нибудь повторить-то, с багажником? Только вместо Дракулы я там лежать буду, живой и теплый, м?

Она засмеялась и покачала головой.

— Пожалуй, я лучше откажусь.

Отпустив руку Кэт, он повернулся ко мне.

— Надеюсь, я тебя не сильно взгрел, — сказал Снегович и протянул руку.

Теплыми чувствами к этому типу я все равно не воспылал. Он кинулся на Кэт — раз. Мои живот и челюсть все еще болели — это два. Ну, хоть не изнасиловал никого из нас — и на этом спасибо. И, конечно же, то, что он теперь не считает нас врагами, многое упрощает.

Не то, чтобы я желал видеть его в рядах наших союзников.

Не доверял я ему.

И предпочел бы, чтобы он от нас отстал.

Но то, что он больше не намерен выколотить из нас последний дух — уже радует.

Когда мы пожимали друг другу руки, я вспомнил, как Кэт говорила о том, что такого, как Снегович, надо постоянно задабривать, и произнес:

— Наш экипаж рад видеть вас на борту.

Перестав от души и с силой трясти и давить мою ладонь, он сказал:

— Нашел нам дорогу. Как раз собирался сказать вам…

— В самом деле? — спросила Кэт. — Не припомню такого.

— Ты была в багажнике, — потупив взгляд, сказал я.

— За это, кстати, я хотела поблагодарить тебя.

— Да знаю я, знаю. Напортачил.

— Думаю, на этот раз я тебя прощу.

— Было больно?

Кэт покачала головой и обратилась к нашему новому другу:

— А вот запирать меня не следовало.

— Хорошая идея — на скорую руку, — ухмыльнулся Снегович.

— Ничего хорошего.

— Знаю, напортачил, — оправдался он, позаимствовав слова у меня. А этого я не очень люблю. — Но я-то думал, вы парочка бывалых отморозков. Хотя, — он хитро прищурился, — вы и так пара отморозков. Просто вам посчастливилось убить парня, который на это дело сильно напрашивался. И это хорошо. Чем меньше долбанутых уродов коптят небо, тем лучше. Хотите знать мое мнение? Мочить всех этих психов надо, да и дело с концом.