Нельзя сказать, что разведки не было совсем – в конце концов, в каждом полку был квартирмейстер, в обязанности которого она входила. Вот только многие из них относились к такой обязанности как к чему-то необязательному, докучливому, оживляясь только во время непосредственных боевых действий. Ну и команды разведчиков в большинстве своём были так… Пионерская самодеятельность.
У казаков дела обстояли намного лучше…
— Чему ты удивляешься-то? — спросил Владимир у цесаревича, — ты посмотри, как казаки воюют? Либо отражают набеги превосходящих сил противника, либо сами идут в набеги – причём как правило на те самые "превосходящие силы".
— Они так хороши?!
Рюген засмеялся.
— Прости, — повинился он перед Павлом, — но это распространённая ошибка. Они хороши в определённых условиях, понимаешь? Если война – это мелкие стычки где-нибудь в плавнях или внезапные набеги, тут им равных нет. Битва в поле – уже хуже, хотя если силы противника примерно на уровне полка, то у казаков есть определённые преимущества…
Тут наставник умолк и уставился на подопечного, вынуждая того думать – почему.
— Поскольку почти все они – воины потомственные, то играет роль индивидуальная выучка, особенно заметная, если размеры отряда сравнительно невелики, — отчеканил Павел после короткого раздумья.
— Однако…
— Однако чем больше размер войска, тем большую роль играет артиллерия, обозы, правильная организация и единоначалие, — отбарабанил подросток.
— Верно, — похвалил его Рюген, — так что как армейская разведка и небольшие, элитные отряды этаких… горлорезов, казаки очень хороши, но как самостоятельное войско… Лет сто назад они ещё "тянули" на это определение, пусть и с трудом, а сейчас уже – никак.
Павел прикусил губу и задумался…
— А как быть с предательствами? Я тут много слышал, что казаки воюют как на стороне поляков, так и турок. Часто так бывает, что родные братья… — не договорил он.
— Тема эта больная, — поморщился Померанский, — себя они предателями не считают. Понимаешь… Некоторые считают себя прежде всего русскими и православными, а уже потом – казаками. Другие – прежде всего казаками и уже потом – русскими и православными. А некоторым и вовсе плевать на эти понятия – у них есть привилегии, за которые те и держатся – и точка.
— А кто прав?
— Да хрен его знает, — хладнокровно ответил Вольгаст, — это уже области философии, а скорее даже софистики. Скажу тебе просто, что казачество сегодня не может существовать в том же виде, что века назад – изначально-то его создавали как некие… пограничные войска. Ну а если граница отодвигается, то и сами казаки должны отодвигаться вместе с ней, ну или лишаться части привилегий.
— А почему должны-то? — с подковыркой спросил наследник.
— А ты представь себе Сечь ну возле Москвы хотя бы, да с их привычками – набегами на соседей без особого разбора и прочим…
Подростка аж передёрнуло.
— Во-от, — удовлетворённо сказал наставник, — теперь понимаешь, что их надо либо менять, либо переселять – и третьего не дано.
— М-да, — протянул Павел, — то есть я им могу даже сочувствовать, но…
Если Померанский в Киеве только работал, оставляя время только на сон и и сокращённую (всего-то часика три!) тренировку, то с цесаревичем такой номер не прокатывал…
— Работать в моём режиме? И не проси – свалишься через три дня.
— Но ты же так работаешь, — возразил подросток.
— И? У меня организм один, у тебя другой. Все мы по-разному устроены – вон, с математикой ты меня обогнал, да и другие точные науки тебе замечательно даются. Так и с остальным.
Аргументация наследника не слишком убедила, если верить недовольно поджатым губам. Впрочем, через пару дней он нехотя признал правоту наставника.
Рюген считал важным не столько помощь от Павла, сколько его обучение – по этому принципу он старался подкладывать подростку максимально разнообразные дела. Ну и… Подросток есть подросток, а тут ещё и с женщиной успел побывать, так что частенько мысли его принимали самое фривольное направление.
К такому повороту попаданец давно подготовился и его люди приготовили целую картотеку подходящих женщин в Киеве. Оставалось только свести их… Именно их, поскольку подростковая влюблённость могла стать большой проблемой. Поэтому каждый день Павлу подкладывали новую женщину… Разумеется, он не забывал про себя и конечно же – не забывал о противозачаточных.
Грязно и не слишком достойно? Ага, вот только Вольгаст насмотрелся на правителей, излишне робких и романтичных по отношению к женщинам – как-то получалось, что толковых управленцев из них не выходило…* Впрочем, цинизм наставник тоже прививать не спешил и честно объяснил подопечному причину…
— У тебя возраст такой, что половина мыслей рождается не в голове, а в штанах, так что нужно разгружать.
— Э-э, — промычал покрасневший подросток, — а не проще ли найти постоянную женщину?
— Пока не проще. В ближайшие год-два ты слишком уязвим и женщина может тобой легко манипулировать: поджатые губки, томный взгляд – и вот ты уже даришь поместье её папеньке, повышаешь по службе брата…
— А так нельзя?
