– Деда! – во всю мощь закричал Уле-Александр.
Дедушка резко затормозил и стал озираться. Уле-Александр спрятался в своём домике и подсматривал за ним.
– Не хочет ли дедушка заглянуть к внуку в гости? – спросил Уле-Александр. Он высунул голову: – Вот мой домик. Заходи!
– Вот так встреча! А остальные где?
– Уехали. Я свалился с санок, а мама с папой об этом не знают. Иди посмотри, как я тут хорошо всё устроил.
Дед слез с санок и подошёл поближе.
– Да, очень мило. Хороший ты себе дом сделал. Давно тут живёшь?
– Ну так лет сто.
– У-у, – сказал дед. – Послушай, раз ты так долго жил в лесу, не хочешь ли в город прокатиться?
– С радостью. Вот только дом запру.
– Ногами тормозить умеешь? – спросил дед.
– Угу, – промычал Уле-Александр.
– Тогда добро пожаловать ко мне в команду.
Они сели вдвоём на одни санки и стали тормозить в четыре ноги. Где-то далеко внизу навстречу им шли мама с папой. На лицах у них были написаны испуг и отчаяние – а вдруг они не найдут своего потерянного сыночка?
И тут к ним горделиво подруливает дед с ценным пассажиром.
– Скажите, удачно, что старичку захотелось как раз сегодня проветриться на горке? Заодно подобрал кой-какую мелочовку, которую вы обронили. Чур теперь рулит Уле-Александр Тилибом-бом-бом.
– Да, я тоже так думаю, – сказал папа.
Уле-Александр сел за руль, мама с папой устроились позади него, и снегокат заскользил вниз. Уле-Александр чуть-чуть крутил руль то влево, то вправо.
– Слушается меня, – сказал он.
Это была последняя горка, не очень крутая. Но Уле-Александру казалось, что у него в ушах свистит от скорости. Он пригнулся к рулю и прокладывал путь подальше от сугробов, потому что в них он сегодня уже навалялся.
Когда они выезжали на плоскую поляну под горой, Уле-Александру очень захотелось сделать красивый разворот. Он сильно крутанул руль, санки сделали пол-оборота и дальше ехали задом наперёд. Мама смеялась и взвизгивала, папа хохотал, а мимо них чинно проехал дедушка на своих саночках.
– Очень манёвренный, – сказал папа.
– Отлично ездит задом наперёд, – добавила мама.
– Мечта, а не снегокат, – сказал Уле-Александр Тилибом-бом-бом.
Сразу за большим и красивым домом, в котором жил Уле-Александр, стоял маленький серый домишко. Он был уже очень старый, казалось, он распластался по земле и таращится снизу вверх на великана с окнами и не верит, что дом может дорасти до таких размеров.
Уле-Александр часто смотрел в окно на этот серый домик.
В нём жили только взрослые – Уле-Александр видел их, когда они вечером включали свет. Но они тут же опускали шторы, и всё – ничего не видно.
– Жалко, что они так быстро опускают шторы, – с досадой сказал Уле-Александр, – а то я б на них прямо как на кино смотрел.
– Люди пришли домой, им не хочется, чтобы им в окна заглядывали, – объяснила мама.
– А почему? – спросил Уле-Александр.
– Ты мастер трудных вопросов, – ответила мама. – Не знаю. В городе так много народу, что человеку хочется хоть где-то спрятаться от чужих глаз.
– А мне бы понравилось, если б на меня пришли посмотреть. Я б надел твою шляпу и смешил их, как клоун.
А потом в какой-то день вынесли вещи и все уехали, несколько недель дом стоял пустым.
Теперь торчать у окна и смотреть на него радости не было. Днём он казался странно нежилым, а вечером чернел как большая куча без единого пятнышка света.
Но однажды утром Уле-Александр наконец увидел что-то интересненькое. Перед домом стоял большой грузовик, на него были навалены вещи, а сверху виднелась детская кровать. Уле-Александр приплющил нос к стеклу, надеясь рассмотреть, кто приехал, но увидел только грузчиков, они тащили большой тяжёлый ящик.
– Мама, мама, иди скорей! Смотри! Что это они несут?
– Похоже на пианино, – ответила мама.
Потом грузчики занесли в дом стол с тремя стульями – двумя большими и одним маленьким, три кровати – две взрослые и детскую, ящики, чемоданы – вот и всё.
Но вечером, уже ложась спать, Уле-Александр увидел в окнах деревянного домика свет.
Сейчас шторы опустят, догадался Уле-Александр. Но нет, окно не занавесили, к нему подошёл маленький мальчик, приплющил нос к стеклу и стал смотреть на большой дом.
– Мама! – снова завопил Уле-Александр. – Там мальчик, смотри, он не закрывается занавеской!
– Правда, – кивнула мама. – Он на вид точно твоего возраста. Может, это к тебе друг приехал.
– И мы будем смотреть друг на друга, как будто кино.
– Не хочешь помахать ему?
Уле-Александр помахал рукой. Мальчик в окне стоял и смотрел. Потом медленно кивнул и ушёл.
– Он мне поклонился, – сказал Уле-Александр. – А теперь спрятался и ушёл.
– Сейчас ложись спать, а утром познакомитесь.
Но нет, утром они не познакомились. И на следующий день тоже нет. Каждый вечер они стояли у окна и переглядывались, но днём всё шло, будто никакого мальчика в деревянном доме и не было вовсе.
– Это будет друг вприглядку, – грустно сказал Уле-Александр. – Видно, никогда мы не встретимся.
