– Тут у нас вечно потоп с наводнением, – сказал Уле-Александр. – У нас и спасательный жилет есть, мы его надеваем, чтобы доплыть до крана и воду перекрыть.
Он всё больше был собой доволен. Но каких бы гадостей придумать про кухню с прихожей? У него уже фантазия истощилась.
– Какая кухня уютная! – сказала дама.
– Она очень неуютная, – ответил Уле-Александр.
– А с ней что не так? – спросил муж дамы. До сих пор он молчал, но вид у него был добрый и вопрос он задал с улыбкой.
– Постоянно всё выкипает, – объяснил Уле-Александр. Это он вспомнил, как ухаживал за больной мамой и у него кофе выкипел.
– Ясно.
– Мне кажется, кухня просто заколдована. Кто не возьмётся готовить, обязательно еда убежит из кастрюли на плиту, а потом воняет горелым на всю квартиру.
– Осталась только прихожая, – сказала дама. – С ней-то хоть всё в порядке?
– Ну здесь, – затянул Уле-Александр. – Здесь стены падают.
И тут пришла мама:
– Простите, что я задержалась. Проходите, пожалуйста, я вам всё покажу.
– Мальчик нам всё уже показал, – сказала дама. – Хотя мы можем ещё раз обойти квартиру вместе с вами.
– Что здесь творится? – в ужасе спросила мама, увидев галошу на газете и танцующие посреди комнаты стулья.
Тут незнакомый господин опять взглянул на Уле-Александра, погладил его по голове и сказал:
– Ты просто не хочешь, чтобы в твоей любимой квартире жил кто-то другой?
Он так сердечно это сказал, что Уле-Александр в ответ серьёзно кивнул:
– Да. А как вы догадались, вы же меня совсем не знаете?
– Мы не успели толком поговорить с Уле-Александром, он к этой новости ещё не привык, – сказала мама и добавила: – Уле-Александр, беги теперь к ребятам, расскажи, как здорово ты навёл беспорядок!
Уле-Александр тут же убежал. Больше он всё равно ничего сделать не мог. Он пошёл прямо к Монсу, а там под лестницей его уже ждали друзья.
– Мы создали клуб «Переезду – нет!», – сказала Ида. – Садись, ты тоже член клуба.
Уле-Александр рассказывал, все слушали навострив уши.
– Я уверена, они не согласятся на обмен, – сказала Ида.
– Ещё как согласятся, – вздохнул Уле-Александр. – Они поняли, что я нарочно на квартиру наговаривал, чтобы их отпугнуть. Сейчас небось договариваются.
– Что ты! – испуганно отмахнулась Ида.
– Больше ничего я придумать не могу, – вздохнул Уле-Александр.
– Тебе наверняка не придётся уезжать, – подбодрила Ида, – но мы будем приезжать к тебе в гости.
– А ты – к нам, – сказал Монс.
– Лет через сто всё травой порастёт. Так моя мама всегда говорит, если у неё неприятности, – сказал Оливер. – Только это не помогает, по-моему.
– Немножко помогает, – печально сказал Уле-Александр и поплёлся домой.
Поднимаясь по лестнице своего высокого дома, Уле-Александр очень волновался. Чужие осмотрщики квартиры наверняка уже ушли. Лишь бы им квартира не понравилась! Лишь бы она оказалась им мала!
Он открыл дверь своим ключом.
– Это ты, Уле-Александр? Хорош, нечего сказать! Навёл тут беспорядок, наговорил незнамо чего о нашей квартире. Ты поступил плохо.
– Окей. Плохо так плохо. Но я не знал, что ещё придумать, чтобы они не согласились тут жить.
– Мы с папой хотим, чтобы нам всем было хорошо. Завтра мы поедем смотреть их квартиру в Тириллтопене. Ты, наверно, тоже хочешь съездить с нами, посмотреть, как тебе там понравится.
– Их устроила наша квартира? Хотя я наговорил про неё столько гадостей?
– Да. Они сказали, что квартира очень уютная.
– Так я и знал. Они сразу поняли, что это самая лучшая в мире квартира.
– Нам тоже жалко отсюда уезжать, – ответила мама. – Но и переехать в новое место тоже интересно, это как приключение.
– Я могу с вами завтра съездить, – ответил Уле-Александр. – Но мне там не понравится, это совершенно точно.
– Мы поедем завтра после обеда, – сказала мама.
– Монсу можно с нами?
– Конечно. И если мы вдруг переедем, он сможет навещать тебя часто-часто.
– Хм. Он так и сделает. Но чем это поможет в те дни, когда он не приедет меня навестить?
На другой день мама пристроила Кроху с Пуфом тёте Петре, а сама с Уле-Александром и Монсом села в папину старенькую машинку, и они покатили в Тириллтопен.
– Хорошо кататься на машине! – сказал Монс. – Эх, если бы у нас не такое грустное дело было, то мы бы ещё лучше покатались.
Уле-Александр хмыкнул:
– А вот папе повезло, может каждый день кататься на машине туда и обратно.
– Видишь ли, я хочу переехать не только потому, что мне ездить далеко. Там нам будет просторнее. За дверь вышел – уже на природе.
– В городе тоже везде природа, – возразил Уле-Александр.
– Далеко тебе до школы будет, – заметил Монс.
– Об этом я и не подумал. Придётся мне ночью из дому выходить или у тебя оставаться.
– Тебе проще будет перейти в другую школу, поближе к Тириллтопену, – сказала мама.
– О, ещё и школу менять, – откликнулся Уле-Александр.
– Не сейчас, после Нового года, – объяснил папа.
Уле-Александр замолчал. Всё было ужасно. Но как бы не стало ещё хуже от его слов.
Они долго ехали и в конце концов поднялись на возвышенность. С одного её края были поле и лес. С другого – вековые ели. А в центре белели высокие дома.
