– Она так сказала? А когда ты уедешь, клуб будет продолжаться?
– Конечно.
– Здорово! Ладно, может, я и буду иногда гулять.
– Тогда надо тебе вернуть подарок? – спросил Уле-Александр.
– Нет, он пусть останется. А «спасибо» и «до свидания» я заберу.
– Забирай, – ответил Уле-Александр.
Подарком оказался фонарик, который самому Монсу подарили на день рождения. Уле-Александр очень растрогался, что Монс не пожалел ему даже фонарика.
– Идём к тебе, покажу свою силу, – сказал Монс.
– Идём, – кивнул Уле-Александр.
Квартира Уле-Александра выглядела странно. Везде стояли ящики. Чашки и тарелки уже вынули из серванта, чтобы запаковать и отвезти в новый дом.
– Вот и я! – сказал Монс. – Что куда нести? А возьму-ка я пианино в одну руку, а стол Уле-Александра – в другую.
– Спасибо, – ответил папа, – но пока рано выносить вещи из квартиры. Грузовик ещё не заказан. Сегодня вы будете помогать мне паковать книги.
– Да я их за один раз все снесу, – сказал Монс и засучил рукава свитера.
– В этом мало толку, – ответил папа. – Лучше берите по две книжки и аккуратно складывайте в ящик.
Тут раздался звонок в дверь. Пришли Ида с Оливером.
– Говорят, Монс у вас, – сказала Ида. – Мы тоже хотим помогать.
– Я не такой силач, как Монс, – объяснил Оливер, – но я могу варить взрослым кофе, а остальным приносить воды попить.
– Хорошо, – сказала мама, – заходите.
Она одолжила у папы его рабочий комбинезон и выглядела как настоящий грузчик.
– Ида, поможешь мне паковать посуду? Надо будет завернуть каждую чашку, чтобы они не побились.
Кроха ходила от одного к другому и очень веселилась. Все эти великаны вокруг неё делали то, о чём сама она мечтала каждый день: вытаскивали книги с полок, снимали со стен картины и фотографии. Стоило Иде завернуть чашку и положить в коробку, как Кроха тут же доставала её, разглядывала и клала назад. Весёлая жизнь пошла, думала она.
Они работали усердно. Монс таскал книги как заведённый, аж раскраснелся.
– Оливер, я пить хочу, – попросил он.
– Минуточку! – крикнул Оливер и помчался за водой.
Наконец они запаковали все книги, и тогда папа сказал:
– Уле-Александр, забирай ребят в спальню, пусть они тебе помогут. Надо сложить твои вещи, все какие есть. Вынимай по одной штуке и решай, в какую коробку класть – или пакуй в ящик «С собой», или бросай в коробку «На выброс».
– Я заберу всё, никакого «На выброс» у меня точно не будет.
Они вчетвером отправились в спальню. Монс взял деревянную лошадку-качалку и лихо засунул её в ящик с игрушками. Но больше туда ничего нельзя было положить, поэтому Монс так же лихо вытащил лошадку.
– Кукла Петра, – сказала Ида, – её ты точно должен взять.
– Конечно, – кивнул Уле-Александр. – Кроха иногда просит её поиграть, но Петра – моя кукла. Клади её в ящик, и эту машинку тоже.
– А у тебя же была настоящая пожарная машина, разве нет? – спросил Монс.
– Была, но я подарил её дедушке на Новый год. Так, каталка, но она сломана.
– Мой папа точно сумеет её починить, – сказал Монс, – и Кроха будет играть в неё в Тириллтопене. Давай-ка я её возьму.
– Спасибо! – обрадовался Уле-Александр. Какой Монс всё-таки хороший: подарил ему фонариик, теперь помогает складывать вещи. Уле-Александру захотелось тоже подарить ему что-нибудь. Только это должна быть стоящая вещь, которая ему самому нравится. Уле-Александр огляделся. Вон заводная гоночная машина. Она очень хорошая, и у Монса такой точно нет.
– Это тебе, – сказал Уле-Александр и протянул Монсу машину.
– Мне?! Я буду её беречь. Я даже играть в неё почти не буду.
– Тогда она точно не сломается, – поддержал Оливер.
Кстати, об Оливере, ему ведь тоже надо оставить что-то на память, иначе он огорчится. И Ида тоже.
Уле-Александр снова огляделся. Иде можно подарить книгу, она обожает рассматривать картинки.
– Ида, а это тебе, – сказал Уле-Александр, отдавая Иде книгу, на обложке которой были нарисованы овца с двумя ягнятами. – Она почти как новая, только уголки страниц кое-где замялись. А тебе, Оливер, я оставлю вот эту игру, потому что в неё можно играть одному. Сидишь дома один, ждёшь маму и играешь.
– Спасибо! – радостно сказал Оливер, зажал игру под мышкой и убежал.
– Ушёл, – заметила Ида.
– Я тоже уйду, но скоро вернусь, – пообещал Монс и не обманул – минут через пять он уже снова был в комнате.
– Мне надо было поставить машину в гараж, – объяснил он.
Оливер тоже вернулся, оказывается, он сбегал домой и спрятал игру под подушку.
Уле-Александр вошёл в раж. Он стоял посреди вороха вещей и командовал: «Это с собой. Это на выброс. Это с собой», так что и ящик с игрушками, и коробка на выброс быстро наполнились.
– Теперь тащите коробку на помойку, – сказал папа. – Раз-два-взяли!
– Чур, мы настоящие мусорщики! – закричал Уле-Александр.
У помойки никого не было, но стоило им высыпать из коробки старые игрушки, как откуда ни возьмись набежала ребятня.
Тут был и Малыш Пол-из-палисадника, который больше не откликался на Малыша, и Ханс из старой прогулочной группы Уле-Александра, и много-много разных детей.
Стоило Уле-Александру достать что-то из коробки, чтобы бросить в помойку, как они заводили хором:
