Шептались, он был единственным, кто родился в этом мире и заслужил номер в Первой Сотне. Невероятно сильный — под стать Королеве, хитрый, безжалостный, имевший слабости лишь в своем отражении…
— Своем отражении? Так теперь говорят?
— Да уже почти не говорят, — хмыкнула я, слушая историю без особого энтузиазма. Детали событий минувших дней не давали ответов на мои вопросы. — Мы все единой крови. Предатель пошел против предателя и стал героем. Кого же тут осуждать?
— Ваш герой погубил всех, — последовал тихий, изрядно приправленный горечью ответ. — Несколько Несогласных успели скрыться в порталах, причем разных миров. Но будучи сильно раненными, они едва смогли бы выдержать переход. А верные Короне остатки Первой Сотни, я слышал, не пережили допрос Ее Величества.
— Только тебе, я смотрю, невероятно повезло! Впрочем, те трагические происшествия не имеют никакого отношения к настоящему. Разве что на трон покушались во все времена.
Я отмахнулась от неловких попыток старика отстоять честь и доблесть моих почивших предков и отошла в другой угол шатра. Оттуда на меня смотрел всепонимающий и молчаливый Кир — по опыту разведчицы лучший компаньон.
— Правящий Совет был всегда, с основания колонии. Сложно представить, что Королева захочет уничтожить то, что некогда сама и создала.
Я начала рассуждать вслух, привычным движением пальцев перебирая волосы на голове андроида. И это, лишенное какого-либо смысла действие, обладало превосходным успокоительным эффектом.
— Значит, Первый перешел к решительным действиям. Предатель! И как складно у него все вышло… На Празднике замечен не был, а столько крови пустил. Убрал последнюю преграду на пути к трону. Теперь Ее Величеству грозит реальная опасность… Но какой вес в городе имеет мнение изгоя?
— Никакой, — вдруг отозвался лекарь и спустя минуту, растянувшуюся на вечность, продолжил: — Поэтому я посоветовал бы в первую очередь позаботиться о себе.
Хорошая мысль, дельная! И есть у кого поучиться — у полоумного отшельника, что каким-то чудом единственный выжил в Кровавой бойне…
Однако это у Ники был здравый эгоизм, разведчицу до сих пор не отпускал долг перед Короной. И еще вина за одно пустяковое происшествие.
— Ты хороший костоправ?
Колба едва не разбилась, упала на пол и закатилась под стол, когда я попросила посмотреть травму одной из отверженных. Старик долго сопротивлялся, но Вторая не привыкла отступать.
— Никому до тебя в голову не приходило их лечить! — И его неожиданно громкий голос, казавшийся уже не таким грозным, как при первом знакомстве, был слышен за пределами шатра.
— Я сама вправлю плечо. Разведчики умеют оказывать помощь подобного рода. Даже смогу пришить конечность, если она выпадет. Не так аккуратно, как мог бы сделать ты…
— Перестань, я сказал, что согласен. Веди сюда старуху! — раздраженно рявкнул лекарь, который был в разы древнее упомянутой особы.
Разведчица знала, на что давить, и, победоносно дернув занавес, довольная вышла на поляну.
У всех собравшихся здесь существ руки скучали по любимому делу. Даже целителю с забытым прошлым тяжело оставаться долгие годы невостребованным. Я видела, с каким блеском в глазах он лечил меня, как скрупулезно день ото дня перебирал никому не нужные травы и снадобья.
Нянечка нашлась быстро, даже не пришлось плутать между рядами отверженных, построенных по распоряжению Короля. Тот был неподалеку и наблюдал за моими передвижениями. Сотни пар немигающих глаз также не упускали меня из виду и провожали обратно до самого шатра.
«Не надо, не стоит беспокоиться», — причитала бывшая фаворитка Королевы, пока я ее чуть ли не силком затаскивала вовнутрь. Та наивно полагала, что, примотав тряпками безвольную руку к телу, вернет ей былую чувствительность.
Лекарь хмуро посмотрел на пациентку и сделал шаг навстречу.
Я предполагала всевозможные варианты развития событий, но никак не тот, который по факту произошел. У отверженной случилась самая настоящая истерика. При виде целителя она подскочила на месте, взвилась, как юла, и зашлась истошным криком. По дурости я попыталась ее схватить и успокоить. Но кинувшаяся было к выходу старуха ожесточенно набросилась на внезапную преграду в лице разведчицы. Подпустив нянечку слишком близко, Вторая не успела увернуться от когтей. Более того, опасаясь сломать очередную кость, она почти не отбивалась, лишь пыталась удержать обезумевшую на расстоянии.
Послышался хруст. Моя рука, упиравшаяся в грудную клетку, продавив ребра, ушла вниз.
Твою ж мать!
С чудовищной, непонятно откуда взявшейся силой отверженная повалила меня на пол и вцепилась в шею. Ее клыки сомкнулись в том самом месте, где пульсировала артерия. Старик успел оттащить бывшую фаворитку Королевы за миг до того, как в шатер ворвался Волк, за миг до того, как брызнул фонтан из крови и залил алым цветом грязные стены…
«Неспроста же говорят, добро не остается безнаказанным», — мрачно подумала разведчица, с трудом поднимаясь на ноги. Будь у руля менее жизнеспособная Ники, я бы уже давным-давно сдохла.
