Судя по продолжению истории, его руки были чисты, как у пастора. Волк признался лишь в одном убийстве и то совершенном вследствие самообороны. Это вполне могло оказаться правдой: пустышек не понимали и не принимали. Больше негатива у жителей Улья вызывали разве что Искаженные — зависимые от других. Невероятным образом выходец из гетто смог совместить в себе все неприглядные стороны нашего существования.
— Ее Величество предложила поучаствовать в одном любопытном деле, и ваш верный слуга согласился.
Он широким жестом обвел поляну. Обезображенные и искалеченные фигуры рассредоточились по всей территории лагеря. Кто-то создавал видимость бурной деятельности, кто-то тихо лежал и разлагался. Полумертвые подданные даже не посмотрели на своего Короля. Все их внимание было приковано ко мне.
Словно не заметив их нездорового интереса, Волк повел меня к шатрам, продолжая рассказ:
— Я, как настоящий разведчик, получил секретное задание за пределами Улья и впервые стал кому-то полезен. Это ощущение невероятно окрылило!
— Смотрю, до сих пор летаешь от счастья и жаждешь выслужиться перед Королевой. Ты поэтому уничтожил Правящий Совет?
Несмотря на положение отщепенца, судьба Улья волновала меня гораздо больше, чем собственная.
— Это был не я, — парировал Волк. — Кто-то грамотно использовал мои знания.
— Кому ты подарил свой проклятый цветок?
Дернув за локоть, заставила Короля остановиться и развернуться ко мне лицом.
— Мужской особи, — ответил тот и лукаво улыбнулся. — Я подогрел твое любопытство? Останешься со мной сегодня?
Информацию из этого хитреца угрозами не вытянуть. Да и пригрозить ему, по сути, было нечем. Разведчица глухо зарычала.
— Я на нуле. — И это была правда.
— Тогда мы просто поужинаем.
Не верила я ни в какие «просто». Даже у Ники в мире людей неприятности начинались именно с такой фразы.
— Жду обещанной прогулки к барьеру и потому откажусь от еды в пользу вашего Величества. — Вторая шутливо поклонилась. — Ведь сытый Король — добрый Король.
Волк промолчал, только взгляд его сделался мутным, задумчивым. Я дошла до шатра, принадлежавшего старику-лекарю, и обернулась. Выходец из гетто не шелохнулся, стоял все в той же позе и смотрел на меня.
Ненормальный!
По понятным причинам целитель редко выходил за пределы дома, ставшего одновременно и ловушкой и убежищем. В дряхлом теле еще бил ключ — слабый, угасающий, но вполне автономный. Для отверженных живой источник Силы был вкуснее любого блюда, состряпанного их умелым поваром, и я уже не чаяла встретить старика в светлой памяти и относительно добром здравии. Приказы Короля действительно имели здесь силу. И игнорировать их — означало бросить вызов всем.
— Рада вас видеть. Живым.
— Я тоже. Не думал, что ты вернешься. Стены Улья еще стоят?
— Стоят, а вот Правящего Совета больше нет, — шумно выдохнула я, опускаясь прямо на грязный пол. Ноги, забывшие тренировки, гудели от долгой прогулки.
— Это вполне предсказуемо. — Лекарь протирал тряпкой стеклянные колбы и равнодушно пожал плечами. — Я удивлен, что после Кровавой бойни Королева собрала еще один Совет. Добровольно повесить себе хомут на шею…
— Правящий Совет решал почти все вопросы! Ее Величество уже давно не принимала участия в жизни города. Ну, за исключением своих прямых обязанностей и определения вектора нашего развития.
— Роботы? — Он отвлекся на мгновение, поднял на меня подернутые пеленой глаза.
— И они в том числе.
— Ничего нового. Все так же топчемся на месте.
После этих слов меня вдруг охватила ярость.
— Первая Сотня своим своеволием и безалаберным поступком отбросила нас на несколько лет назад! Все ваши наработки были сожжены. Мы ищем выход, изучаем родственные виды, осваиваем соседние миры.
— Что-то слишком вяленько. У нас был уже готовый план…
— И где же вы теперь?? — Я вскочила с пола. — Где эти сильные мира сего?! Прячутся по норам, как последние предатели?
— Я расскажу тебе одну историю. — Старик вернулся к своему любимому делу — перебору склянок.
— Мне нужны не старые россказни, а факты! — Но он не обратил внимания на мой раздраженный тон, даже не подал виду, что заметил его.
— Кровавую бойню прозвали такой не из-за жестокого сражения. Конечно, без жестокости не обошлось. Королева отдала приказ вырезать всех Несогласных, не позволить им уйти. Первая Сотня — основная сила — поделилась ровно пополам. Среди тех, кто собирался отправиться в экспедицию, были воины, но также было много мирных жителей — творцов, созидателей, ученых. Светлые умы, почти безоружные…
Лекарь закряхтел и посмотрел на свои дряблые, сморщенные руки, сжал и разжал пальцы несколько раз.
— Разногласия крови решили исход боя.
В детстве, вопреки правилу не поминать покойников, нам часто рассказывали про Черного Карателя — легендарного Палача. Того, кто спас Улей, не позволил расколоть его, закрыл своим телом Ее Величество от предателей-диверсантов, что резали всех направо и налево…
— Да, этот засранец сначала подгонял нас, а под конец сражения, когда Пристань была уже устелена мертвыми телами, перешел на сторону Короны, наставил оружие на своего брата!
