Он двинулся к одному из старых боксов, пригласив меня следовать за ним.
Мы вошли в гараж, и внутри оказалось куда уютнее, чем можно было бы ожидать от старого металлического бокса. У стены стоял стол с парой старых стульев, рядом – примус и несколько банок с консервами. Дядь Саша без лишних слов зажёг лампу и принялся разогревать еду. Пахло тушёнкой и чем-то домашним, и я неожиданно для себя осознал, насколько проголодался.
Когда еда была готова, мы сели за стол, и я почти молча начал есть, пока дядь Саша, не торопясь, вытирал руки и смотрел на меня. Я почувствовал его пристальный взгляд, и через какое-то время он наконец заговорил.
– Ты, наверное, в шоке от всего, что тут увидел? – спросил он, на что я кивнул, продолжая жевать. – Я тоже когда-то был таким, как ты. Не мог поверить, что миры могут пересекаться, что такое вообще возможно.
– Как вы сюда попали? – спросил я, отложив ложку в сторону, чтобы немного отдышаться от еды.
Дядь Саша вздохнул и прислонился к стене, задумчиво смотря на примус.
– Да так же, как и ты, – начал он. – Гулял себе по своему делу, а потом как-то раз и… оказался по ту сторону. Сначала думал, что спятил – щупальца, монстры, всё это. Но потом понял, что этот мир не просто часть безумия. Он реальный. Только… другой. – Он на мгновение замолчал, будто вспоминая. – Здесь свои правила, и, если ты в нём оказался – выхода нет. В том смысле, что ты уже никогда не будешь таким, как прежде.
– И что вы тут делаете? – спросил я, уже немного привыкнув к его словам, хотя внутри всё ещё было чувство нереальности.
– Механик я, можно сказать, местный, – с лёгкой улыбкой продолжил он. – Чиню машины, да ещё кое-что по мелочи. Запчасти таскаю – из того мира в этот. Там-то всяких тачек валом, но сюда они попадают редко. Вот и работаю по обе стороны.
– А как вам удаётся переходить? – я не мог не спросить. Это казалось чем-то невозможным.
Дядь Саша усмехнулся и покачал головой.
– Это дело тонкое. Не каждому дано. Здесь есть свои ходы-выходы, но не все о них знают. Время от времени я их нахожу. Да и тачки возить – это моё ремесло. Туда-сюда. Сам не всегда понимаю, как именно это работает, но привык. Зато живу как хочу.
Я смотрел на него, пытаясь осознать всю глубину того, что он говорил. Этот человек, сидящий передо мной, был не просто механиком, а проводником между мирами, и, похоже, его жизнь теперь полностью принадлежала этому странному месту.
– А моя тачка заглохла, – сказал я, вспоминая то, как старая "Нива" вдруг перестала ехать. – Ржавчину с бака подняло, и карбюратор забился, наверное.
Дядя Саша, который до этого момента был погружён в свои мысли, вдруг громко рассмеялся. Этот смех был неожиданным и заразительным, но в нём было что-то большее – какая-то доля иронии и понимания, которое мне пока не доступно.
– Эх, парень, – произнёс он сквозь смех, отодвинув консерву в сторону. – Не знаешь ты многого. Если бы всё дело было в ржавчине и карбюраторе… Этот мир просто так не отпускает.
Я нахмурился, не совсем понимая, о чём он говорит. Казалось, что с моей машиной действительно всё понятно – технические проблемы, которые можно решить, но в его словах явно был скрыт иной смысл.
– Что ты имеешь в виду? – спросил я, пытаясь угнаться за его ходом мыслей.
– Тут не техника сбоит, – дядя Саша покачал головой. – Этот мир, когда ты в нём застреваешь, начинает влиять на всё вокруг. Вроде как твоя тачка – обычная машина, но, когда ты попадаешь сюда, он начинает изменять вещи. Всё, что ты привёз с собой из твоего мира, начинает вести себя иначе. Твоя "Нива" – это уже не просто железо. Этот мир её впитал, как и тебя.
Я задумался над его словами, вспоминая, как странно себя вела машина: ржавчина, странные сбои в работе двигателя, навигатор, который перестал показывать дорогу. В голове начинала складываться картина – этот мир не просто изменяет своё окружение, он поглощает его.
– Получается, я теперь застрял здесь? – спросил я, слегка опасаясь ответа.
– Пока не поймёшь, как этот мир работает, да, – серьёзно ответил дядя Саша. – Но не волнуйся, я помогу тебе с тачкой. Верну её в движение, но будь готов: возвращение может быть не таким простым, как кажется.
– Вот я свою тачку переделал, – сказал дядя Саша, усмехнувшись, – и теперь и там, и тут езжу, когда проход открывается.
Он слегка откинулся на спинку стула, довольный тем, что наконец нашёл кого-то, кто понимает, о чём идёт речь. Я чувствовал, что между нами возникло какое-то общее понимание, словно мы оба были теперь частью этого таинственного механизма, который связывает два мира.
– Но как это работает? – не удержался я от вопроса. – Как вы узнаёте, когда проход откроется?
Дядя Саша задумался, поглаживая щетинистый подбородок.
– Проходы здесь непостоянные, – начал он. – Они не по графику открываются. Чувствуешь их, как ветер перемен. Иногда надо ждать месяцами, иногда – лишь пару дней. Тут всё связано с ритмами этого мира. Тачка твоя, если правильно настроена, помогает почувствовать, когда время приходит.