| There was a sinister and unlikely coincidence exposed that was too diabolical in implication to be anything less than the most hideous of omens. The name of the man who had stood naked in ranks that day to receive his Distinguished Flying Cross from General Dreedle had also been-Yossarian! | Это было опасное и невероятное совпадение, по своей дьявольской сути оно могло оказаться только самым дурным предзнаменованием: человека, стоявшего голым в строю в день, когда генерал Дридл вручал ему крест "За летные боевые заслуги", тоже звали Йоссариан! |
| And now it was a man named Yossarian who was threatening to make trouble over the sixty missions he had just ordered the men in his group to fly. | А теперь некто, по имени Йоссариан, грозился наделать неприятностей по поводу только что установленной нормы - шестьдесят вылетов. |
| Colonel Cathcart wondered gloomily if it was the same Yossarian. | Полковник мрачно раздумывал: - Неужели это тот самый Йоссариан? |
| He climbed to his feet with an air of intolerable woe and began moving about his office. | Он поднялся из-за стола с ощущением невыносимого страха и принялся расхаживать по кабинету. |
| He felt himself in the presence of the mysterious. | Полковник чувствовал, что здесь кроется какая-то тайна. |
| The naked man in formation, he conceded cheerlessly, had been a real black eye for him. So had the tampering with the bomb line before the mission to Bologna and the seven-day delay in destroying the bridge at Ferrara, even though destroying the bridge at Ferrara finally, he remembered with glee, had been a real feather in his cap, although losing a plane there the second time around, he recalled in dejection, had been another black eye, even though he had won another real feather in his cap by getting a medal approved for the bombardier who had gotten him the real black eye in the first place by going around over the target twice. | Он пришел к невеселому выводу, что такие события, как появление голого человека в строю, а также передвижение линии фронта на карте накануне рейда на Болонью и семидневная проволочка с уничтожением моста у Феррары, принесли ему синяки и шишки, хотя, вспомнил он с радостью, мост у Феррары в конце концов удалось разбомбить, и это принесло ему пироги и пышки. Но вот потеря самолета во время второго захода на цель, вспомнил он с отвращением, принесла ему синяки и шишки. Правда, то, что он добился ордена для бомбардира, принесло ему пироги и пышки, хотя сам бомбардир, зайдя дважды на цель, сначала принес ему синяки и шишки. |
| That bombardier's name, he remembered suddenly with another stupefying shock, had also been Yossarian! | Имя этого бомбардира, с изумлением вспомнил он, тоже было Йоссариан! |
| Now there were three! | Теперь их было трое! |
| His viscous eyes bulged with astonishment and he whipped himself around in alarm to see what was taking place behind him. | Господи, да не наваждение ли это? В испуге полковник обернулся: ему показалось, что кто-то стоит у него за спиной. |
| A moment ago there had been no Yossarians in his life; now they were multiplying like hobgoblins. | Еще минуту назад в его жизни не было никакого Йоссариана, а сейчас Йоссарианы множились и кружились вокруг него, как ведьмы на шабаше. |
| He tried to make himself grow calm. | Он пытался успокоиться. |
| Yossarian was not a common name; perhaps there were not really three Yossarians but only two Yossarians, or maybe even only one Yossarian-but that really made no difference! | Йоссариан - фамилия необычная. Возможно, на самом деле существовало не три Йоссариана, а лишь два или, может быть, даже только один, но это уже существенной роли не играло. |
| The colonel was still in grave peril. | Полковник по-прежнему спиной чувствовал дыхание опасности. |
