| These had been purchased in different market places all over Pianosa by Colonel Korn under various identities, moved up to the colonel's farmhouse in the hills in the dead of night, and transported down to Group Headquarters the next morning for sale to Milo, who paid Colonel Cathcart and Colonel Korn premium prices for them. | Они были скуплены подполковником Корном, действовавшим под чужими фамилиями на разных рынках Пьяносы, перевезены глухой ночью в горы на ферму полковника Кэткарта, а на следующее утро их переправили в штаб полка, где Милоу уплатил за них полковнику и подполковнику баснословные деньги. |
| Colonel Cathcart often wondered if what they were doing with the plum tomatoes was legal, but Colonel Korn said it was, and he tried not to brood about it too often. | Полковник Каткарт часто задумывался, была ли эта операция с помидорами вполне законной, но подполковник Корн подтвердил, что сделка вполне законна, и полковник Кэткарт старался поменьше ломать себе голову над этим вопросом. |
| He had no way of knowing whether or not the house in the hills was legal, either, since Colonel Korn had made all the arrangements. | Он понятия не имел также, законно или незаконно владеет домом в горах. Все необходимые формальности проделал подполковник Корн. |
| Colonel Cathcart did not know if he owned the house or rented it, from whom he had acquired it or how much, if anything, it was costing. | Полковник Кэткарт не знал, принадлежит ли ему дом или он просто его арендует, а если дом приобретен, то у кого и сколько пришлось за него заплатить, если вообще пришлось платить. |
| Colonel Korn was the lawyer, and if Colonel Korn assured him that fraud, extortion, currency manipulation, embezzlement, income tax evasion and black-market speculations were legal, Colonel Cathcart was in no position to disagree with him. | Подполковник Кори был юристом по образованию, и, коль скоро он твердо заверил полковника, что мошенничество, вымогательство, валютные махинации, присвоение чужого, уклонение от уплаты налогов и спекуляция на черном рынке - самое что ни на есть законное дело, у полковника Кэткарта не возникало пылкого желания вступать в спор. |
| All Colonel Cathcart knew about his house in the hills was that he had such a house and hated it. | Полковник Кэткарт знал о своем доме в горах лишь то, что таковой существует и что дом этот он ненавидит. |
| He was never so bored as when spending there the two or three days every other week necessary to sustain the illusion that his damp and drafty stone farmhouse in the hills was a golden palace of carnal delights. | Нигде он так отчаянно не скучал, как в своем доме. Он наезжал туда два-три раза в неделю, чтобы создать иллюзию, будто этот сырой каменный дом, продуваемый сквозняками, -этакое злачное местечко, наиболее подходящее для плотских утех. |
| Officers' clubs everywhere pulsated with blurred but knowing accounts of lavish, hushed-up drinking and sex orgies there and of secret, intimate nights of ecstasy with the most beautiful, the most tantalizing, the most readily aroused and most easily satisfied Italian courtesans, film actresses, models and countesses. | По всем офицерским клубам ходили неясные, но многозначительные слухи о тайных пьянках, роскошных пиршествах и разнузданных оргиях в доме полковника. |
| No such private nights of ecstasy or hushed-up drinking and sex orgies ever occurred. | На самом деле ни выпивок втихомолку, ни разнузданных оргий не происходило. |
