| The valve Orr was dismantling was about the size of a thumb and contained thirty-seven separate parts, excluding the casing, many of them so minute that Orr was required to pinch them tightly between the tips of his fingernails as he placed them carefully on the floor in orderly, catalogued rows, never quickening his movements or slowing them down, never tiring, never pausing in his relentless, methodical, monotonous procedure unless it was to leer at Yossarian with maniacal mischief. | Клапан, который разбирал Орр, был размером с большой палец и состоял из тридцати семи деталей, не считая кожуха. Многие детали были настолько крохотными, что Орру приходилось брать их кончиками ногтей. Он раскладывал их на полу в строгом порядке, как по каталогу, не убыстряя и не замедляя движений, работая методично и монотонно, без перерывов, останавливаясь разве только на мгновение, чтобы бросить на Йоссариана лукавый взгляд одержимого. |
| Yossarian tried not to watch him. He counted the parts and thought he would go clear out of his mind. | Йоссариан наблюдал за Орром, и ему казалось, что вот сейчас он сойдет с ума. |
| He turned away, shutting his eyes, but that was even worse, for now he had only the sounds, the tiny maddening, indefatigable, distinct clicks and rustles of hands and weightless parts. | Он отворачивался, зажмуривал глаза, но так выходило еще хуже: он слышал слабенькое, сводящее с ума, беспрерывное, отчетливое звяканье легоньких винтиков и пластинок. |
| Orr was breathing rhythmically with a noise that was stertorous and repulsive. | А кроме того, Орр ритмично, хрипло и противно дышал носом. |
| Yossarian clenched his fists and looked at the long bone-handled hunting knife hanging in a holster over the cot of the dead man in the tent. | Йоссариан сжимал кулаки и смотрел на длинный, с костяной рукояткой охотничий нож покойника, болтавшийся в ножнах над койкой. |
| As soon as he thought of stabbing Orr, his tension eased. | Как только он доходил до мысли зарезать Орра, его напряжение спадало. |
| The idea of murdering Orr was so ridiculous that he began to consider it seriously with queer whimsy and fascination. | Мысль об убийстве Орра была настолько смехотворной, что он начинал обдумывать ее серьезно, находя в этом странное очарование. |
| He searched the nape of Orr's neck for the probable site of the medulla oblongata. | Он присматривался к ложбинке на шее Орра, прикидывая, где там у него находится продолговатый костный мозг. |
| Just the daintiest stick there would kill him and solve so many serious, agonizing problems for them both. | Даже легчайший удар в это место был бы смертельным и разрешил бы для них обоих множество серьезных, мучительных проблем. |
| 'Does it hurt?' Orr asked at precisely that moment, as though by protective instinct. | - А это больно? - вдруг спросил Орр, будто повинуясь инстинкту самосохранения. |
| Yossarian eyed him closely. | Йоссариан остановил на нем пристальный взгляд: |
| 'Does what hurt?' | - Что больно? |
| 'Your leg,' said Orr with a strange, mysterious laugh. | - Я про твою ногу, - сказал Орр со странным, загадочным смешком. |
| 'You still limp a little.' | - Ты еще малость хромаешь. |
| 'It's just a habit, I guess,' said Yossarian, breathing again with relief. | - Эти я, наверное, по привычке, - сказал Йоссариан, с облегчением переводя дух. |
