-Они оскорбили меня прилюдно, Майлз и за это умерли!
-Я ваш вассал, государь и любое бесчестие ложиться также и на меня. . .
Подойдя к своему вассалу, я заглянул в его глаза. Его взгляд был тверд.
-Недостойно рыцаря обманывать своего господина и лгать о болезни отца, из-за которой он не в состоянии принести вассальную клятву. . . Ваш отец по-прежнему вассал герцогини Бронкасл, Майлз! Я не хотел этого говорить, но ваши упреки меня рассердили!
Я не только ваш господин, но я ваш друг, Майлз. И никогда не покрою ваше имя позором!
Поверьте-я поступил в Давингтоне правильно и нет бесчестия в том, чтобы раздавить ядовитую гадину, готовую укусить тебя в следующий миг. . . Довольно об этом!
Даю час на сборы, и выходим в направлении Хагерти. Там присоединимся к нашим основным силам и начнем большую настоящую войну. Король Руперт нам в этом поможет!
Хагерти не открыл мне ворота. Другого собственно и не ждали.
Я приказал разбить лагерь недалеко от дороги ведущей к городским воротам.
Арбалетчики засучили рукава и вырыли вокруг лагеря ров. Землю набросали внутрь, и получился вал. Несколько обезопасив себя от внезапного нападения, я выслал дозоры на юг в сторону Давингтона.
На следующий день подошли основные силы-горская пехота под командой Крейга и Жасса.
Я приказал также и для пехоты создать укрепленный лагерь с валом и рвом. Теперь по обе стороны дороги имелись укрепленные лагеря. Засиживаться долго в осаде я не планировал и на следующий день обе бомбарды были установлены прямо напротив ворот вне досягаемости вражеских арбалетчиков.
Под белым флагом в город отправился барона Гринвуда, но коннетабль Хагерти - граф Синклер не пожелал вести переговоры. Видимо он был зол за прошлогодний позор, когда я, захватив ворота, проехал с тремя ротами до порта и обратно не встретив никакого сопротивления.
Фостер доставил мне сведения о городском гарнизоне.
Две тысячи пехотинцев из них половина лучники и арбалетчики. В распоряжении графа Синклера не было конных рыцарей. Внезапной вылазки не стоило опасаться. Горожане не были настроены, драться всерьез и умирать за герцогиню Бронкасл. Хагерти был владением этой семейки около пятидесяти лет. Герцоги держали город за горло много лет и преданные им люди здесь не водились. Фостер также представил мне интересное предложение одного старого знакомого.
Жасс предложил направить обоз в ближайший лес для заготовки фашин-чтобы завалить ров перед воротами, но я решил попробовать другой метод.
С утра, сразу после завтрака бомбарды начали обстрел. Вся моя армия наслаждалась ранее невиданным зрелищем.
Гром, молния и черный мячик снаряда улетал к башне ворот.
Каждой удачное попадание сопровождалось криками восторга и одобрительным свистом. Ворота были проломлены первыми же выстрелами. Остальные снаряды крушили башню и находящиеся рядом стены. Обломки сыпались в ров. В Хагерти бил набат на колокольнях. Но находиться у ворот воины гарнизоны были не в состоянии и торчали на стенах, подальше от башни ворот. В обед был сделан перерыв, чтобы поесть и охладить бомбарды. Потом обстрел продолжился до сумерек.
К вечеру все затихло.
Но в городе не спали и видимо пытались заделать пробоины в воротах и стене. Огни факелов метались там во множестве.
Начальник над бомбардной командой, один из помощников Мадзини, по фамилии Уэсли явился ко мне с докладом. Выходило, что снарядов хватит только еще на три дня такой бомбардировки.
Утром стрельба была продолжена и к полудню два верхних яруса башни рухнули вниз, в ров, засыпав его на протяжении примерно двадцати шагов. Это событие вызвало бурю восторга в наших лагерях. Бомбардиры стали самыми главными и уважаемыми людьми в моей армии. Все хотели с ними подружиться или выпить эля. Моя армия быстро начала приростать-но только не воинами. Торговцы едой и элем, гулящие девки, разные бродяги слетались отовсюду как пчелы на мед. Я запретил чужакам входить в лагерь, но за его пределами возник новый лагерь. Там всегда можно было найти выпивку и сговорчивых девок. Если осада продлиться месяц, то в этом лагере обитателей станет не меньше чем в моей армии!
Жасс предожил разогнать этих прилипал, послав несколько рот горцев.
Я отклонил это предложение. Воины должны сбрасывать напряжение, а если нельзя сцепиться с врагом, то расслабиться очень даже нужно. Несколько тысяч молодых мужчин и без женщин - это опасная и непредсказуемая сила.
Люди Фостера крутились в этом стихийном лагере, и все сомнительные личности были под присмотром.
На третий день Хагерти ждал штурма, но я приказал провести смотр своих отрядов и потом объявил выходной день. Крейг и Жасс были удивлены, но вопросов не задавали. В положении короля есть и хорошие стороны!
Подремать после обеда мне не дали. К моей палатке в сопровождении конных горцев приехала Бернадетта. Ее сопровождал конный паж, смутно знакомый мне подросток. . .
-Ваше величество не прогонит свою сестру?
