-Размести их на ночлег в лагере и обеспечь охрану.
-Сделаю, государь.
Я, возвращаясь в дом, столкнулся с Бернадеттой. Она вне себя от ярости, сжимая кулачки, выбежала через дверь.
-Прогони эту наглую шлюху, Грегори! Она меня оскорбляет!
Обняв Бернадетту я попытался ее успокоить, но она разревелась и быстро ушла в свою палатку.
Крейг с сочувствием смотрел на меня.
Вернувшись в дом, я увидел совершенно спокойную герцогиню, с бокалом вина в изящно выставленной ручке.
-Ваша свояченица меня стремительно покинула, Грегори!
-Что вы ей сказали, Луиза?
-Абсолютно ничего! Мы мило беседовали, а затем она внезапно поднялась из-за стола и вышла! У нее манеры деревенской простушки! Выпейте со мной, Грегори! Вы сделали меня вдовой. . . .
-И очень богатой вдовой, смею заметить!
-У меня впереди год траура, Грегори! И это будет ужасно скучный год! Вы мне сочувствуете?
-Вы вернетесь в Лонгфорд?
-Увы, да! Похороны, потом дела управления всеми землями покойного мужа. . . Моя ноша тяжела и некому разделить ее со мной!
-Вы блистательная, молодая и красивейшая дама королевства, Луиза! Любой мужчина будет счастлив, разделить эту ношу с вами!
-А вы, Грегори, разделите со мной мою ношу?
У нее был совершенно трезвый настойчивый взгляд, не смотря на три выпитых бокала вина.
-Я женат, Луиза.
-Вам это не мешает спать со свояченицей!
-Вы ревнуете меня к Бернадетте? Это смешно, Луиза!
Она засмеялась, откинув голову. Ее шея восхитительна-белая кожа, без единой морщинки.
-Грегори, вы как скользкий налим и никак не даетесь в руки!
-Давайте к теме рыбалки вернемся позднее, когда кончиться ваш траур, а я получу развод. Хорошо?
-Я настойчива, Грегори! И вам предстоит это узнать!
Прошли две недели.
Мои горцы превратились в строителей. Я утвердил проект мессира Мадзини по застройке Давингтона и работа закипела. В леса севернее Хагерти оправлены обозы за деревом.
В размеченных под застройку кварталах разбирались руины. Все мужское население города было поставлено на эти работы, кроме хлебопеков и рыбаков. Цеховые мастера пробовали протестовать, но предложил им заткнуться и засучить рукава или убираться вон из города. Сразу же по схеме была заложена дренажная система-по центру будущих улиц копался ров и обкладывался камнем.
В печах на берегу моря калили известняк для получения извести. Мадзини заложил печи построил навесы для производства черепицы из глины.
Как только люди вернулись в город начались грабежи, нападения на патрульных и на женщин . За порядком днем и ночью следили конные патрули. Десять повешенных на стене грабителей и насильников послужили другим уроком. Мои горцы пускали в ход оружие при защите горожан без промедления. Бродяги всякого рода, затесавшиеся в толпы возвращавшихся горожан были выявлены и под конвоем оправлены на работы в глиняный и каменный карьеры. Каждой семье была выдана денежная помощь по 20 талеров на человека.
Все эти меры подавили недовольство и гнев горожан. Мертвых похоронили и жизнь продолжалась. Всех узников замка я приказал выпустить на свободу.
Ко мне в лагерь продолжали приезжать окрестные аристократы и рыцари с вассальными клятвами. Никто не хотел потерять свои земли и замки.
С юга вернулся епископ Иаков, но его дом сгорел и он поселился в аббатстве Святого Патрика.
Люди Фостера отправили первую партию оружия Лонгфордскому бастарду и собирали сведения по всем замкам, поселениям и дорогам этой большой территории между Клайвом и Шелл. Карту чертил Жасс и он же наносил на нее все поступающие сведения. Ему помогали Томас и Ричард, как самые сообразительные из моих пажей. Я хотел иметь полную картину своих владений. Бернадетта обосновалась в замке Давингтона и под ее присмотром горожанки быстро привели помещения в порядок.
По вечерам в замок в большой зал донжона собирались молодые офицеры и рыцари из отряда Гринвуда. Молли играла на лютне и пела. Ее музыканты также играли . .
Молодые горожанки , которых Бернадетта приняла в свой круг и горские офицеры разучивали танцы и весело проводили вечера.
Я часто слышалдоносящуюся оттуда любимую песню Бернадетты:
В замок были набраны новые слуги, проверенные Фостером.
Вечера я проводил в библиотеке замка.
Здесь было много редких рукописных книг. И порой я засиживался далеко за полночь.
Габриэла стала камеристкой Бернадетты и занималась ее нарядами . Она старательно меня избегала . Фостер ничего не смог узнать о ней, кроме того что рассказал мастер Крафт.
После ужина сегодня я направился в бывшие покои герцога. Там я размещался вместе с пажами и Говардом.
