Никогда не открывайте в кабинете зельевара незнакомые коробки, даже по рассеянности. Или открывайте все подряд - вдруг повезёт? 2. Друзья не всегда остаются друзьями, враги не навек нам прибудут врагами, не всякое явное - явно реальность, не всякий разброд - это зло и фатальность. И ненависть наша - убогое платье - имеет подкладку любви и принятья. А латки цветные взаимных обид легко закрывают действительный вид. Все наши тесёмки, крючки и иголки частенько не более, чем недомолвки.
========== Глава 1 ==========
Друзья не всегда остаются друзьями,
Враги не навек нам пребудут врагами,
Не всякое явное - явно реальность,
Не всякий разброд - это зло и фатальность.
И ненависть наша - убогое платье -
Имеет подкладку любви и принятья.
А латки цветные взаимных обид
Легко закрывают действительный вид.
Все наши тесёмки, крючки и иголки
Частенько не более, чем недомолвки.
И что же мешает увидеть покрой?
Покров предрассудков, всегда он такой.
Гляди только сердцем, не лги сам себе -
И станешь любимым клиентом судьбе.
***
«Снова он смотрит! Нет! Колючий взгляд чёрных глаз, лишь едва скошенный в мою сторону, совсем чуть-чуть, почти незаметно. Лёгкий поворот головы, рука убирает смоляную прядь со щеки. Сколько можно?! Профессор, вы издеваетесь? Делаете всё, чтобы я, и без того по-идиотски нервничая, был вообще на пределе? Отработка по полной программе? Чтоб запомнилась — так уж запомнилась? Без криков, оскорблений, словесных унижений просто мыть лабораторные колбы и чувствовать себя под вашим взглядом, как на раскалённой сковородке? Вы, профессор, мастер!»
— Вот это надо перемыть, — сухой, спокойный, даже скучающий голос Снейпа неожиданно взорвался в голове Гарри возмущением!
— Я вымыл… эту кастрюлю… два раза, — прорычал он, плохо сдерживая раздражение, заполнившее его под завязку. «Что тебе, старой, надышавшейся зелий крысе, от меня надо? Что ты хочешь? Хватит! Я не могу больше! Хватит на меня пялиться! К чёрту весь этот хлам! Лучше ударь, волшебной палочкой или кулаком, но не смотри на меня так!» Под нажимом лёгкого прищура профессорских глаз Гарри выдавил из себя: — Сэр…
Снейп тихо хмыкнул.
— Вы чем-то недовольны, мистер Поттер? — ледяная чёрная волна прокатилась от его глаз и буквально заморозила Гарри. Взгляд профессора задержался на его губах… Ровно на секунду… Показалось? И его щекам, вспыхнувшим огнём, тоже показалось? И непонятной, какой-то стыдной тяжести внизу живота? И рукам, задрожавшим и чуть не выронившим дурацкую алхимическую посудину? — Это не кастрюля, — Снейп надменно поднял подбородок и одновременно обе брови. (Как ему удаётся некомично выполнять подобный пассаж? Гарри однажды с полчаса тренировал перед зеркалом что-то похожее, но в итоге назвал себя клоуном: получалось смешно, уныло, напыщенно, слишком трогательно или преувеличенно воинственно, но только не так, как у Снейпа — гордо-строго-высокомерно-повелительно…) — В этой, хм, кастрюле, варятся тайные желания магов. А если вы, мистер Поттер, хотите мыть кастрюли, то я могу это устроить. На кухне с некоторых пор много работы — эльфам подарили шестнадцатичасовой рабочий день.
Гарри, чтобы не ответить грубостью, закусил губу и принялся остервенело драить хрустальный котелок, замызганный «тайными желаниями магов».
«Хочу мыть кастрюли! Я очень хочу мыть кастрюли! — мысленно уговаривал он себя, стараясь вовсе не смотреть на Снейпа, сложившего руки на груди и наблюдавшего за ним с каменным выражением лица. — Я не хочу ничего другого. Только мыть кастрюли. И знать, что он смотрит на меня…» Гарри так поразила собственная последняя мысль, непонятно откуда взявшаяся, что он чуть не упал! Ноги подкосились, мир вокруг перевернулся вверх дном, плиты пола оказались перед глазами…
— Что-о… с… ва-ами-и, По-о-оттер? — Гарри услышал замедленный голос Снейпа и почувствовал, как сильные руки подхватывают его обмякшее, ставшее невероятно тяжёлым и неповоротливым тело, и опускают на что-то мягкое…
— Поттер! Мистер Поттер! — Снейп жестоко хлестал его по щекам и пытался влить в плотно сомкнутые посиневшие губы какую-то микстуру. «Разумеется, ужасно горькую, аж язык немеет, и желудок выворачивает, — подумал Гарри, — но чего ещё ожидать от Снейпа?» — Гарри! — Это слово ударило по ушам Поттера, словно хлыст. — Что ты будешь делать! Вот глупый мальчишка! — профессор рванул мантию на груди Гарри, запустил руки под его рубашку и начал усиленно растирать. — Кто просил тебя лезть в синюю коробку? Это не средство для мытья посуды! Гриффиндорцы вечно суют нос туда, куда не надо. Давно хочу изобрести зелье-проявитель любопытных: чем назойливее в своей тупости ученик, тем длиннее его нос! Гриффиндор переименовали бы в Пиноккиондор! — Поттер, будто со стороны, смотрел на тяжело дышащего, почему-то покрасневшего Снейпа, энергично ворочавшегося над ним, пытавшегося любыми средствами не дать его сердцу остановиться. — Самоуверенный наглец, весь в отца! — от волнения и физических усилий на лбу реаниматора выступили капельки пота.
