– Я и сам с трудом это понимаю.
– Ты действительно боишься, что они тебя не поймут? – спросила Лираз, осторожно поставив чашку на стол. – Или боишься того, что они здесь?
– Это как-то связано с вашим расследованием?
– А если я скажу, что да, ты мне ответишь?
– Нет.
– Тогда зачем спрашиваешь?
– Вы действуете мне на нервы.
– Спасибо.
– За что? – вконец запутался я.
– За то, что предложил последить. Очень мило с твоей стороны.
– А-а-а, – протянул я, отхлебнув наконец кофе, который превзошел мои ожидания. – Мне не хотелось, чтобы вы упустили свою медаль или что вам там за это полагается.
– Двести восемнадцать миллионов евро, – не моргнув, ответила Лираз.
– Что?
– Чем выше рейтинг безопасности лайнера, тем меньше ему приходится платить налогов и прочих сборов. Можно быстрее зайти в порт, что позволяет экономить топливо, получать миллионные скидки от международной круизной ассоциации. Учитывая, что за время ковида эта индустрия потеряла семьдесят семь миллиардов долларов и только в этом году семьдесят компаний прекратили свое существование, это то, что дает нам возможность дышать, Йони.
– Вообще-то, дальше первого предложения меня не хватило.
– Видишь вон ту официантку? – вздохнула Лираз, кивая в сторону открытой двери. – И того парня, что стоит рядом с ней? И вон того, что раскладывает йогурты? Все они – мои друзья, и у всех был ужасный год. В одной только индустрии туризма за год уволили полмиллиона человек. Представляешь? Полмиллиона. Так что приз, который мне дадут, – это возможность для всех, кто трудится на этом корабле, накормить своих детей и быть уверенными, что пока они не останутся без работы.
– Простите, – промямлил я, опуская глаза. – Я не знал…
– Мне надо сделать обход, убедиться, что все в порядке, – произнесла Лираз, доставая из кармана рацию. – Ну а медаль от меня не уйдет.
– Так вы хотите, чтобы я тут последил, или…
– Делай что хочешь, – Лираз распустила волосы и снова собрала их в конский хвост, – только не устраивай представлений.
Не беспокойся, Лираз.
Не стану я устраивать никаких представлений.
Я просто посижу тут, пока Яара не войдет в эту дверь.
А когда она в нее войдет, я тихо встану, подойду к ней, зацеплю мизинцем ее мизинец, и все вернется на круги своя. Без всяких там представлений. Она забудет своего нового парня и вспомнит, как мы жили вместе. Мы разойдемся по каютам, сложим вещи, возьмем такси до аэропорта, в котором она протянет мне свою руку, и купим два билета до Лондона в один конец.
Она просто не может не войти в эту дверь, не увидев меня.
Так что мне остается только сидеть и ждать.
А уж на это даже я, даже в теперешнем моем состоянии, способен.
– Что такое? – проворчала мама, тряся меня за плечо. – Так, значит, ты не в тюрьме?
– Что? – спросил я, растирая ладонями пылающие веки.
– Для чего, спрашивается, мы заказали тебе отдельную каюту? – вздохнула мама, поставив на стол большую тарелку. – Чтобы ты спал на лавке, как бездомный?
– Я не… – Вытаращив глаза, я вскочил со скамейки и ударился коленом о стол. – Нет! Блин!
– Язык, Йони, – не на шутку перепугал меня Амихай, стоявший, как оказалось, за моей спиной.
– Ну что за дерьмо!
– Следи за языком! – Амихай отодвинул от меня подальше коляску, в которой лежал Офек.
– Черт!
Заснул.
Я заснул?!
Не может быть. Этого просто не может быть. Я прекрасно помню, как уставился на дверь и ни на мгновение не сводил с нее глаз.
Еще я помню, как зевнул.
Как снова заказал кофе, специально попросив самый крепкий.
А вот как его принесли, я уже не помню.
И вообще ничего больше не помню.
– Который час? – промямлил я, поправляя костыли.
– Пора чистить зубы, – ответила Декла, отступив на два шага, и закрыла глаза от отвращения.
Не может быть, чтобы я проспал дольше нескольких минут. На неудобной скамье посреди ресторана… А откуда взялись все эти люди? Ведь совсем недавно ресторан был пуст.
Большие часы, висевшие на стене, показывали 9:37.
Я проспал два с половиной часа?!
Вращая головой так, что чуть не свернул шею, я огляделся по сторонам, надеясь все-таки увидеть Яару, но зал ресторана показался вдруг бесконечно огромным, и куда бы я ни смотрел, всюду натыкался лишь на полные безнадежности взгляды членов моей семьи, а увидев в огромном окне ресторана свое отражение, понял, чем это было вызвано.
Волосы мои торчали во все стороны, на одной стороне лица остался отпечаток скамейки, нарядная одежда измялась, а на левой штанине красовалось неизвестно откуда взявшееся огромное пятно кофе. Добавьте к этому опухший нос и костыли, и вы поймете, что даже Яара вряд ли узнала бы меня в таком виде.
– На вот, выпей, – протянула мне мама стакан воды, оказавшейся, на удивление, именно тем, что мне было нужно, чтобы избавиться от привкуса ржавчины во рту.
– Спасибо, – просипел я тем, что осталось от голосовых связок.
– Не нужно мне твое «спасибо», – рассердилась мама и выхватила стакан у меня из рук. – Ты позвонил в страховую компанию?
– Нет. Я…
– А место на «Дженге» ты для нас занял?
– Я не знал, что вы собираетесь туда идти.