Умирать не больно полностью

– Ты сильно испугался из-за того письма, которое пришло в полицию? – спросила я, приблизившись. Аспен продолжал глядеть то на часы, то в дальний коридор, где в кабинете администрации Сьюзен и Стефания обсуждали какие-то свои дела. Я уже решила, что он не ответит, но он вдруг произнес:

– Это я написал его.

– Зачем?

Тут он наконец-то удостоил меня взглядом.

– А почему ты не удивлена?

Мои брови взлетели вверх, и я заверила его:

– Я удивлена, – и, пододвинув к себе ближайший стул, опустилась против Аспена.

– Ты не выглядишь удивленной.

– Я очень удивлена, продолжай, – сказала я, не отводя взгляда от его серых глаз, но снова повисло молчание. Аспен посмотрел на двух парней, которые только что разделались с пиццей и, обсуждая новости, покинули кафе. Когда входная дверь распахнулась, в зал ворвался шум дождя, потянуло холодом.

– Я написал им о Сьюзен, чтобы привлечь внимание, – внезапно сказал Аспен, и я затаила дыхание. – Но они не назвали ее имя и, как видишь, даже не почесались. Похоже, эти идиоты думают, что убийство Кингов было единичным, но в Эттон-Крик объявился маньяк.

– С чего ты взял? – спросила я, напрягаясь.

Аспен невозмутимо ответил:

– Я расскажу тебе после того, как закончится этот день.

Я недовольно поджала губы. Почему все пытаются что-то утаить от меня, откладывают важные разговоры на потом?

– Я помогу тебе уберечь Сьюзен, – твердо сказала я.

Аспен широко улыбнулся, тут же изменившись в лице:

– Вот поэтому ты мне и нравишься, Кая Айрленд.

Я проигнорировала эти слова, поднялась на ноги и двинулась в сторону кабинета Стефании:

– Пойду потороплю Сьюзен.

– Да, – сказал мне в спину Аспен, – сколько можно копаться в этих дурацких бумажках?

«Столько, сколько потребуется», – ответила бы Сьюзен, но я ничего не произнесла, думая лишь о том, что этот день уже не может стать хуже, чем он есть.

Но он мог.

Когда я постучала в дверь кабинета Стефании и вошла, Сьюзен там не оказалось. Женщина была одна: она склонилась над письменным столом, что-то раздраженно бурча, и даже не заметила моего появления.

– Где Сьюзен? – спросила я, внезапно почувствовав себя не в своей тарелке.

– Не знаю. – Хозяйка кафе даже не подняла взгляд. – Только что была здесь.

Я закрыла дверь и поспешила по коридору в сторону туалетов. Сьюзен там не было, хоть я и надеялась увидеть ее перед зеркалом поправляющей шляпку. Я вышла из туалета и столкнулась с Аспеном. Он заглянул мне через плечо, но я тут же захлопнула дверь.

– Где Сьюз?

– Я проверю внутренний дворик. Иди на улицу.

Я направилась в сторону кухни, но парень схватил меня за локоть. Я обернулась и наткнулась на сердитый и одновременно напуганный взгляд.

– Она не проходила мимо меня.

– Просто сделай, что я прошу, – сказала я, убирая его руку и следуя на кухню. Аспен через прикосновение заразил меня чувством страха, будто вирусом; желудок скрутило, колени стали ватными. Я против воли прокручивала в мозгу сегодняшний вечер: улыбки Сьюзен, слезы, когда Аспен прижал ее к груди, новости о маньяке, уверенность Аспена в том, что кто-то (я не хочу думать, что она) умрет сегодня.

На кухне я спросила у помощника шеф-повара, где Сьюзен, и он будничным тоном, будто ничего не происходит, ответил, что она во дворе выкидывает мусор. Не дослушав его, я зашагала к двери с табличкой «ВЫХОД», стащила с головы дурацкую шляпку, схватила с вешалки толстовку и натянула через голову прямо на рубашку и фартук.

Зачем Сьюзен отправилась одна выкидывать мусор после того, что узнала? После того, как твердо решила выжить этой ночью?

Я распахнула тяжелую железную дверь и, молясь, чтобы от тревоги у меня не начался приступ, накинула на голову капюшон и вышла под дождь.

Несколько секунд я ничего не видела и не слышала. Дождь гремел по крышам с такой силой, что казалось, это в моей голове что-то стучит. Капли с треском разбивались об асфальт, орошая меня сотней грязных брызг.

Я захлопнула дверь позади себя и крикнула:

– СЬЮЗЕН!

Крохотная лампа над дверью не давала абсолютно никакого света. Я видела перед собой черную бездну и больше ничего. Соскочив со ступеней на разбитый асфальт, я поспешила в сторону мусорных баков. Рядом стоял сломанный фонарь, который, Сьюзен говорила, не могут починить с мезозойского периода.

Поскальзываясь на грязи и камешках, я достала из кармана штанов мобильный телефон и набрала номер полиции.

– Полицейский участок Эттон-Крик слушает.

– Я звоню из кафе «Шерри» в УЭК, – громко произнесла я, отплевываясь от дождевой воды, которая попадала в рот. – Моя подруга в опасности.

Дотошный голос диспетчера произнес:

– Пожалуйста, назовите свое имя.

– Кая Айрленд.

Я остановилась у мусорных баков. Конечно же, Сьюзен здесь не было. Она бы услышала мой голос и как-то отреагировала. Она вернулась в кафе, – заверила я себя, – Не знаю, как проскользнула мимо меня, но она там, она в кафе.