— Так же, — пробормотала я, беспокойно поглядывая на выход. — Без изменений.
— Он лежит в частной клинике, да?
— Да, Алиса помогла его родителям и оплатила несколько месяцев.
— Оплатила она! — вскинулась Светка. — Сначала угробила парня…
Эстетичка взглянула на нее с нескрываемым интересом.
— Ты о чем?
— Да ерунда, — вмешалась я, леденея от страха. — Света все слишком близко принимает к сердцу.
— Ничего я не принимаю! — горячо запротестовала Светка. — Если она действительно виновата, об этом должны все знать!
— Я просто сказала, что Алиса пару раз вела себя странно, вот она и сделала выводы. А вообще не стоит обвинять человека, пока ничего не ясно, — я обратила на приятельницу убийственный жгучий взгляд, но та не собиралась останавливаться. Ох, надо быстрей бежать отсюда!
— Как ты не понимаешь, если все кругом будут знать, что она наделала, тебе же будет безопаснее! Вон, Ольга никому не сказала — и что?!
Капец! Какая же она, оказывается, потрясающая дура! Это явно было последнее размышление, которым я с ней поделилась!
Преподша, казалось, даже не слушала нас и отставила чай в сторону. Ее лицо стало очень серьезным, и она не решалась поднять на меня взгляд, рассматривая свои сцепленные в замок пальцы.
— Конечно, с выводами спешить не стоит, но Алиса действительно иногда вела себя странно, — тихо сказала она. — Может быть, это ничего и не значит, но я тоже однажды видела…
Я медленно опустилась на стул, бросив сумку на пол, и уставилась на нее напряженным взглядом. Елена Владимировна приподняла брови, вероятно, раздумывая, стоит ли продолжать.
— Это было как раз незадолго до нападения. Они стояли в коридорчике, по пути в главный корпус, а я шла к себе на кафедру. Сначала даже не обратила внимания, а потом заметила, что Стас держал ее за локоть и явно не отпускал. Алиса кричала и возмущалась, но, она, похоже, всегда такая, правда? — эстетичка слабо улыбнулась. — А потом говорит: «Я тебе еще раз повторяю: прекращай это!» И Стас так, игриво: «А то что?» И она на него так посмотрела — ну, даже мне стало не по себе — и говорит: «Иначе я за себя не отвечаю». Он начал спрашивать, а что же будет, она выдернула руку и побежала в сторону вашего факультета. И вот, уже выходя, повернулась и крикнула: «Увидишь!»
Да уж. Еще одна мелочь в мою коллекцию! Тоже ведь ничего не доказывает, но при общей картине вполне может служить одним из крючков в головоломке. Я запустила пальцы в волосы и пару минут сидела за столом с опущенной головой, лениво следя за пролетающими обрывками мыслей. Я не могу больше медлить. Не потому, что Алиса может кого-то убить — а, раз на то пошло, она-таки может! — а потому, что просто больше не могу выносить эту неопределенность. Если она виновата, я пойму это в первую же секунду, с первого взгляда. Все это время она была почти сестрой-близняшкой, самым близким человеком, занимала все мои мысли, и, хоть сейчас уже окончательно избавилась от болезненного очарования, я, черт возьми, прекрасно выучила ее до мельчайших подробностей. Именно поэтому мне нужно поговорить с ней, прежде чем делать какие-то выводы.
— Идем, — скомандовала я, обращаясь к Светке. — Нам пора.
Этот столик в развлекательном центре когда-то был нашим любимым. Я задумчиво рассматривала лежащий за синеватым стеклом город: невысокие старинные дома, будто оказавшиеся не на своем месте и теперь виновато глазевшие вытянутыми окнами на проспект и гладкую зеркальную поверхность ультрасовременной гостиницы, зеленые гусеницы троллейбусов, мерно ползущие по мокрому от тающего снега асфальту, дымок, поднимающийся от киоска с хот-догами… Здесь все как обычно — сердце нашего промышленного мегаполиса бьется ровно и спокойно, на горизонте, устремленные в нежно-лазурное небо, все так же дымят трубы металлургической империи Самаева, а часы на колокольне церквушки показывают половину одиннадцатого утра. Я наклонилась к окну, высматривая на парковке алый «Порш». Никого. Только паренек в кимоно с листовками, приглашает всех в новый ресторан японской кухни. Не успела я задуматься, как это ему не холодно на пронизывающем мокром ветру, как ко входу подлетела знакомая машина. Сердце подпрыгнуло и заколотилось где-то в горле, я заворожено смотрела, как Алиса, яростно хлопнув дверью, задрала голову и оглядела волнообразную стеклянную стену развлекательного центра. Видеть она меня не могла, но я почему-то все равно отшатнулась от окна и с тревогой стала искать за спиной Светку с Сашей. Они сидели в самом дальнем углу зала, за спрятанным раскидистой пальмой столиком, и о чем-то шептались — видимо, наш мускулистый «пингвин» пытался разузнать, на кой черт его попросили прогулять пары и следить за тем, как встретятся в кафешке две его одногруппницы. Светка взглянула на меня и побледнела, догадавшись, что происходит. В голове бил тревожный набат, в рту пересохло, я слишком быстро стала помешивать кофе в черно-оранжевой чашке и едва не разлила его себе на колени.
