— Не задавай идиотских вопросов, — шикнула я. — Или едешь, или нет. Я не обижусь.
— Так, группа поддержки, — Алиса с яростью вдавила окурок в асфальт узким носком сапога. — Вы садитесь на заднее сидение и сидите там до конца тихо-тихо, ясно? А то прирежу!
Она притворно хохотнула и, испепелив меня взглядом, залезла на место водителя.
И мы поехали.
Всю дорогу в таком знакомом салоне висела гнетущая тишина и я внимательно, хоть и лишь краем глаза, следила за выражением Алисиного лица, ежесекундно отгоняя воспоминание о нашей памятной поездке за город. Нет, ее зубы были крепко стиснуты от гнева, но никаких других признаков надвигающегося приступа сумасшествия видно не было. Мы неслись по широким сонным улицам в сторону частного сектора — в район, где жила Алиса: многоэтажки постепенно сменялись крупными невысокими домами за надежными заборами и раздвижными автоматическими воротами. Миновав патрульную машину, она вдруг набрала чей-то номер и без обиняков начала:
— Ты дома?.. А где? Поняла. Приеду через пять минут… Я сказала, приеду! — прошипела наша подозреваемая и я, даже не оборачиваясь, почувствовала, как вздрогнули мои «суслики».
Несколько мгновений спустя мы остановились у шикарной белостенной виллы, почему-то тут же вселившей мне страх. Я внимательно оглядела ее через окно — ничто не могло меня утешить, место действительно было подозрительным: уж слишком тихо и слишком много камер наружного наблюдения.
— Мы где? — робко шепнула я.
— Не заставляй меня отвечать в рифму, — рявкнула Алиса. — Выходи из машины!
На заднем сидении шевельнулся Саша, все еще круглыми глазами глядевший на свою некогда самую обычную одногруппницу.
— Вы останетесь здесь, — в голосе Алисы послышался металл и он не рискнул спорить. — Если уж я буду ее убивать, вы услышите!
Ворота так никто и не открыл, но рядом с главным входом вдруг отворилась маленькая калиточка, почти невидимая за колючим сплетением черных веток дикого винограда. К нам выглянула светловолосая девушка в одном шелковом халатике и поманила Алису рукой. Едва мы оказались во дворе, она тут же набросилась на мою подругу:
— Ты в своем уме?! А если Борюсику доложат?
— И что? — невозмутимо ответила Алиса. — Папа просил передать ему привет, всего-то.
За моей спиной послышался тихий рык — сразу за забором, из-за сетки вольера на меня смотрели две огромные кавказские овчарки. Н-да, если бы не оскаленные громадные клыки и рычание, они выглядели бы вполне дружелюбно, пушистыми «мишками»…
— Короче, — раздраженно вздохнула девушка. — Чего тебе надо?
Алиса многозначительно ухмыльнулась и, проигнорировав ее вопрос, обернулась ко мне.
— Не думала, что когда-нибудь мне придется об этом рассказывать, но ты, дорогая, сама захотела. Когда напали на Стаса, я была с ней. Я была с Оксаной у себя дома, на диване. Описать тебе, чем мы занимались?!
Я вспыхнула, сама не понимая, от чего: это была странная смесь удивления, отвращения и… ущемленного самолюбия. Резко стало подташнивать — я догадывалась, о чем пойдет речь дальше, и уже не была уверена, что мне нужно это слышать… Гори оно все синим пламенем! Даже если Алиса в чем-то и виновата, не будет же она убивать сразу троих человек, которые подозревают ее в нападениях?
Алиса, тем временем, повернулась к своей подружке.
— Правда, Оксана? Я ведь не вру? Ну, давай, расскажи Вике о нашей последней встрече, — она схватила девушку за локоть. — У меня ощущение, что ты хорошо о ней помнишь!
Оксана мгновенно побледнела и, кажется, стала дрожать еще сильнее. Секунду она неотрывно смотрела в глаза Алисе, потом перевела взгляд на меня и, ошалело усмехнувшись, произнесла:
— Ты вообще нормальная? Ты что несешь?
Она дернулась, намереваясь освободиться и сбежать, но Алиса даже не шевельнулась, крепче стиснув ее руку, и опять повернулась ко мне:
— Последний раз мы виделись с ней как раз после той нашей поездки в клуб. Помнишь, ты натравила на меня Стаса с идиотскими предложениями, а сама пошла танцевать со своим дурачком? Ты пообещала быть со мной, а бросила меня ради него! Ты вообще можешь себе представить, что я чувствовала?! Можешь?!
Я вздрагивала от каждого ее слова, пулей вылетавших в меня с дикой злостью и обидой.
— Ничего я не обещала…
— Так, девочки, разбирайтесь за забором, о'кей? — засуетилась Оксана, но Алиса дернула ее к себе.
— И тогда я позвала ее. Мы давно знакомы, да, Ксюш?
— Заткнись!
— Давно, пока она не вышла замуж за этого борова — надо же, ведь я их познакомила! Но мы и сейчас не прекращаем наших маленьких шалостей, правда?!
— Заткнись, Алиса, пожалуйста…
— Ну, расскажи Вике, что было потом?!
Девушка яростно замотала головой.
— Слушай, ты, больная! Я позову охрану!
— Да ни хрена они мне не сделают! Рассказывай! — заорала мучительница, отпустив ее локоть и схватив за волосы. — Быстро!
На глазах Оксаны появились слезы — подчиняясь боли, она тянулась за рукой Алисы и тихо всхлипывала. У меня закружилась голова — единственным моим желанием было бежать со всех ног к калитке.
