Унэлдок полностью

Он открыл бардачок и достал серую сигаретную пачку с золотым двуглавым орлом. Ту самую, которую она положила туда шесть месяцев назад, сказав, что больше не притронется к сигаретам никогда. Но потом всё-таки дала себе шанс и поправилась: «По крайней мере, пока наш ребёнок не закончит школу».

Пачка оказалась едва початой. Белые донца фильтров плотно прижаты друг к другу, как капсюли в неотстрелянной обойме. Почему он так и не выкинул её?

Сомов подцепил сигарету, вытащил, несколько раз сдавил, разминая хрусткий уже рассохшийся табак. Нашёл в бардачке зажигалку (ЕЁ зажигалку) и прикурил. Закашлялся, но упорно, сквозь кашель, продолжал втягивать в себя горький саднящий горло дым. После нескольких затяжек голова закружилась, сознание стало зыбким, тело обмякло, руки бессильно соскользнули с руля на колени. А он всё продолжал заполнять протестующие лёгкие дымом, не вынимая сигареты из губ, не обращая внимания ни на осыпавшийся на колени пепел, ни на текущие по щекам слёзы.

И всё исчезло: город, мысли, эмоции. Осталось только ощущение бесконечного падения. Поначалу успокаивающее и плавное, оно вдруг стало стремительным и неуправляемым. Оно стало ЕЁ падением с моста. Сквозь серое забрызганное лобовое стекло он вдруг ясно увидел несущуюся на него чёрную поверхность Невы, и новая волна панического ужаса накрыла его с головой.

Он с трудом распахнул дверь и его тут же вырвало.

Участок моста был ограждён дрожащей на ветру оранжевой лентой. Далеко внизу кипело мутное варево Петровского фарватера. Над небольшим серым корабликом, приплясывающим на волнах у пилонов, парила пара чаек. Ярко-жёлтый фронтальный погрузчик стоял посреди проезжей части, как забытая кем-то в песочнице игрушка.

— Водолазная бригада уже здесь. Вон их «эрвэкашка» болтается. Ищут. Но передали, течение сильное…

Слова поручика Ахмерова едва доходили до сознания.

Ищут.

Он понимал, что означает это слово. Но в то же время отказывался применять его к своей Насте. Застывшим взглядом смотрел на пролом барьерного ограждения. Секция балки отошла в сторону и зависла над бездной шлагбаумом в никуда. Если бы всё произошло на пару десятков метров раньше, то губительное падение задержали бы мощные плети мостовых вант.

— Как?.. — вопрос застрял в горле комом. — Как всё случилось?

— Предварительно, водитель превысил скорость, не справился с управлением и врезался в ограждение. Конструкция не выдержала удара, стойки вырвало и…

— Почему?! — почти прокричал в лицо опешившему коллеге Сомов.

— Что?

— Почему конструкция не выдержала?!

— Не знаю, — растерялся Ахмеров.

— На мостовых сооружениях устанавливают ограждения с самым высоким уровнем удерживающих способностей! Почему не выдержала?! Как она могла не выдержать?

— Не знаю, — эхом повторил Ахмеров. — Им уже лет-то сколько? Да и демонтировали часть ограждений уже.

— Свидетелей установили?

— Так нет свидетелей. Весь участок уже вторую неделю как перекрыт на реконструкцию. Там на въезде знаков понатыкано, заграждения в три ряда… Видел же, когда сюда ехал? И как Анастасия Игоревна сюда вообще попала?..

— А рабочие?

— Все рабочие сейчас на мосту через Корабельный. Здесь никого не было…

— А камеры?

— Что камеры?

— Тут камер понатыкано по трассе не счесть. Вы их уже проверяли?

— Так они отключены все, Саш. Движения нет, чего им тут снимать?

Ахмеров пританцовывал, недовольно морщась при каждом порыве пропитанного влагой ветра. Ещё трое камерадов стояли поодаль, то и дело бросая на Сомова виновато-сочувствующие взгляды.

Сомов пошарил в кармане тужурки и достал сигаретную пачку.

Зажигалка на ветру гореть не хотела.

— Ты никак закурил? — Ахмеров чиркнул бензиновым «патроном» и поднёс стойкий к непогоде огонёк к сомовской сигарете. — Понимаю. Тут любой закурит.

— А я не понимаю, — прошептал Сомов, ощущая, как вновь начинает кружиться голова.

Он присел на корточки и закрыл глаза. Но в этот раз темнота осталась непроглядной и любимого образа не явила.

— Что, поплохело? — склонился над ним Ахмеров. — Хочешь, медбригаду вызову?

— Нет.

Сомов попытался встать, но ставшие ватными ноги не пустили и он едва не завалился на спину, в последний момент успев опереться рукой.

Ахмеров заботливо бросился помогать.

— Не надо, — огрызнулся Сомов и с трудом поднялся.

Рука оказалась испачкана чем-то влажным и… прозрачно-зелёным.

Он посмотрел туда, где только что касался рукой асфальта и заметил небольшое тёмное пятно. Снова присел на корточки, изучая. Несколько капель совсем недавно упали сюда. Всего несколько капель. Кап-кап… Сверху вниз, в одно и то же место. Кап-кап. Антифриз.

«Водитель превысил скорость, не справился с управлением…» — раздавался в голове голос Ахмерова.

— Вадик, а с чего ты взял, что скорость была высокой?

— Так это… Ограждение проломить, это как надо ехать? Сам же сказал, что на мостах усиленные ставят. Вон, несколько стоек вместе с фланцами вырвало, балку деформировало. Конечно, высокая была.