Унэлдок полностью

Он настроил программу, выставил время, занёс ПИН Насти в строку ПЦУ, оставалось запустить просмотр. Но что-то мешало. Возможно, сказывался страх своими глазами увидеть смерть самого близкого человека, пусть даже этот человек предстанет перед ним в виде крохотной красной стрелки, пусть даже их будет разделять не только пространство, но и время. И всё-таки это встреча. Циферки координат, стрелка-маркер — это лишь условность, которая никак не отменяет скрывающуюся за всем этим реальность. Там, на мониторе, это будет всё равно ОНА: родная, дышащая, думающая, с живым бьющимся сердцем — Настя.

Сомов помотал головой, стряхивая охватившее его оцепенение, и внёс в строку целеуказания ещё один номер — свой личный. После чего решительно нажал клавишу «пуск».

Два маркера разом загорелись на карте города: красный треугольник у Третьего Елагина моста — Настя, и чёрная звёздочка над зданием Управления МГБ РИ — он.

ГЛОСИМ обладает высокоточным позиционированием, и что бы ни утверждал начальник охраны посёлка «Елагин остров», в тот момент, когда Сомов выехал из Управления, Настя находилась именно в районе караулки, то есть в прямой видимости отставного полковника, если, конечно, он был на своём месте. Но даже если его не было, караульный у шлагбаума точно не мог ничего не заметить. И с этим Сомову ещё предстояло разобраться.

Спустя две минуты после начала движения чёрной звёздочки ожила и двинулась в свой роковой путь красная стрелка. Сомов внимательно проследил её путь до моста. Главное, что его интересовало и страшило одновременно, это последние секунды приёма сигнала.

Вот Настин маркер проскользнул на эстакаду Западного скоростного диаметра. Вот он добрался до первого мостового пролёта… Сомов поставил запись на паузу и изменил масштаб карты таким образом, чтобы в зоне наблюдения оказались сразу оба маркера. К тому моменту, когда красная стрелка находилась на мосту через Петровский фарватер, его собственный маркер преодолел приблизительно половину расстояния от Управления до въезда в посёлок «Елагин остров». Если бы он не оставил телефон на рабочем месте, то получил бы сообщение о случившемся с Настей раньше, чем успел подъехать к посту охраны. Не забудь он этот чёртов телефон, он был бы на мосту раньше, чем там появилась следственная группа и водолазы. Но что это меняет?

С огромным трудом он заставил себя снова запустить запись.

Красная стрелка ожила, миновала центральный пролёт моста, едва заметно сместилась к краю и… погасла.

Всё!

Сжав зубы, Сомов пересмотрел последние секунды ещё раз. И ещё.

Никаких остановок не было! Маркер прекратил подавать сигнал практически сразу же, как поравнялся с местом аварии. Это никак не вязалось с версией о том, что машина какое-то время перед падением простояла на мосту. Впрочем, факт мгновенного исчезновения сигнала не доказывал и обратного — кто-то мог просто сломать передатчик браслета в нужное время, а затем уже инсценировать ДТП. И в этом случае на первый план выходил именно этот «кто-то».

Сомов снова откатил запись, но в этот раз включил функцию «отображать все маркеры». Карта вспыхнула неисчислимым множеством разноцветных точек: дома, деревья, дороги — всё исчезло в этом мерцающем и переливающемся хаосе. Но участок моста оставался свободным от муравьиной мельтешни чужих маркеров. По серой полоске закрытой на реконструкцию автострады алой капелькой крови текла единственная метка — Настина. И более никаких других маркеров рядом. Текла-текла и пропала.

Кап…

Система, которая всё видит, всё про всех знает и никогда ничего не забывает, утверждала, что сударыня Анастасия жар Пяйвенен находилась в своей машине совершенно одна.

Сомов со стоном выдохнул и откинулся на спинку кресла.

Мог ли он ошибаться в своих подозрениях? Могло ли быть так, что Настя действительно поехала на этот проклятый мост и поехала одна? Могло ли так случиться, что её машина действительно смогла проломить усиленное мостовое ограждение и свалиться в воду? Мог ли от удара испортиться передатчик её браслета? И, в конце концов, могло ли её тело оказаться выброшенным из автомобиля?

Эти вопросы, как звонкие оплеухи, взрывались в голове Сомова, и после каждого такого шлепка он, оглушённый необходимостью быть до конца непредвзятым, отвечал себе: «Да».

Да, всё это могло произойти. Но…

Начальник кафедры криминалистики Академии МГБ профессор Виталий Фатеев, рассказывая курсантам о чувственно-рациональных методах познания, используемых в криминалистике, любил повторять: «Если вы чувствуете какой-то подвох, значит, он есть».

Функция «отображать все маркеры» имеет один существенный изъян — она не отображает маркеры «светлых», если предварительно не ввести в нужное поле специальный код. А ещё она не отображает «невидимок»…