Унэлдок полностью

Максим Корольков, ученик восьмого «в» класса. Его маркер не мог не привлечь к себе внимания. Максим Корольков медленно двигался с внешней стороны забора в тот момент, когда остальные ученики уже строились на торжественную линейку.

Сомов включил остальные маркеры в зоне наблюдения. Голубая стрелка ученика Королькова тут же затерялась среди таких же стрелок родителей. Обнаружить его, не применив возрастного фильтра, было бы невозможно. Надо отдать парню должное. ГЛОСИМ он не обманул, но сделал всё, чтобы максимально обезопасить себя от людей, которые с Системой работают. Криминальный талант!

Сомов пробил по базе адрес проживания Максима. И снова удача! Максим Корольков жил в доме через дорогу. Окна его квартиры выходили как раз на эту часть школьной ограды. Скорее всего, юный экстремист планировал полюбоваться своим «подвигом» из окна, как только надпись проявится. Больше похоже на хулиганство. Но лучше бы он написал что-нибудь другое. Например, признание в любви к однокласснице. Или то, что так любят писать на заборах дети и недалеко от них ушедшие взрослые. Но он написал то, что написал.

Сомов быстро навёл справки о родителях мальчика. Мать — Надежда Валентиновна Королькова, продавец-кассир торговой сети «Полюшко», работает в универсаме через улицу. Отец… А вот и ответ на вопрос, откуда краски! Отец — Юрий Васильевич Корольков, оператор флексопечатной машины на производственно-полиграфическом комбинате «Парнас-Парнас».

Водил сына на производство? Сам принёс домой чудесные краски? Уже неважно.

Стоп!

Холодная волна разочарования моментально остудила пылающую печь азарта.

Родители мальчика не подвергались никаким наказаниям за проступок сына. Оба работают на своих местах и значатся полноправными гражданами страны — «синие». А значит…

Сомов быстро отыскал мальчика в текущей реальности. Максим Корольков по-прежнему учился в школе. Уже в десятом классе. И, судя по всему, никаким наказаниям вообще не подвергался.

Он откинулся на спинку стула и шумно выдохнул, едва ли не со слезами глядя в монитор.

— Что, курсант Сомов, не по зубам задачка? — издали заметил его маяту майор Зеленков и посмотрел на часы. — Заканчиваем ломать головы.

Профессор бодро соскочил со стола и пошёл по проходу.

— Как я вам сказал в самом начале занятий, я вас немного надул. Не дал всех данных по этому преступлению, надеясь, что кто-нибудь из вас проявит чудеса смекалки и рассудительности. Или хотя бы спросит. Не случилось. Поэтому на следующем занятии у вас будет эта же самая задачка, но уже с дополнениями. Итак…

— Извините, разрешите обратиться, Владимир Михайлович? — прервал профессора Сомов. — У меня вопрос по существу данного дела. Можно?

— Ну, вы уже начали, хотя времени для вопросов я давал предостаточно. Хорошо, продолжайте. Что у вас?

— Краска, которой была нанесена надпись…

На лице преподавателя проступила заинтересованность. Он перестал прохаживаться и внимательно посмотрел на Сомова.

— Так. И?

— Может ли краска менять свои свойства под воздействием тепла или холода?

Майор разглядывал своего ученика с нескрываемым интересом.

— Термохромная краска! — на всю аудиторию объявил он. — Пигменты такой краски обладают эффектом, позволяющим визуально отмечать реакцию на изменение температур. Бесцветное становится цветным и наоборот. Наши криминалисты, разумеется, определили состав краски, взяв пробы с места преступления.

С видом первооткрывателя, только что совершившего прорыв в науке, профессор оглядывал присутствующих, потирая руки и улыбаясь. Затем его торжествующий взгляд снова обратился к Сомову.

— Именно это я от вас и утаил, чтобы дать возможность вашей фантазии и логике развернуться на полную. Сомов, ставлю отлично! Вы только сейчас до этого додумались?

— Нет. Ещё на первом часу.

— Так чего же вы молчали?! — теперь профессор смотрел с укоризной.

— Я продолжил развивать эту версию. Но… зашёл в тупик.

— Ну-ну, и что там, в вашем тупике?

— Ученик восьмого класса Максим Корольков.

— Да, интересную рыбёшку вы поймали в сети своей логики. Но не ту. С краской вы определились верно. И это очень похвально. А дальше вам оставалось разобраться, при каких условиях можно незаметно нанести надпись на объект. — Он повернулся к общему экрану и указал на него рукой. — Забор расположен возле школы, как вы все, надеюсь, смогли заметить. Каждый год перед началом занятий его освежают, приезжает бригада маляров и красит ограду. Лучшего способа, не привлекая к себе внимания, нанести надпись, просто не придумаешь. Мы проверили бригаду, которая занималась покраской — гражданский бригадир и трое «белых» батраков. И бригадира, и двоих батраков мы проверили на «чесноке» — все они оказались не замешаны в преступлении. Но третий работник, получив расчёт, тут же взял новый подряд и уехал в Карелию на лесозаготовки. К сожалению, задержать его мы не успели — преступник погиб в драке с такими же, как он, отщепенцами.

Майор ободряюще похлопал погрустневшего Сомова по плечу.