Унэлдок полностью

Тёмный, зеленовато-чёрный край озера вгрызался в ярко-зелёную мякоть лесистого берега. Чуть ниже почти параллельно друг другу карту пересекали две тёмные полосы, одна из которых была заметно шире и ровней — Новоладожский и Староладожский каналы. На длинном лоскуте земли, зажатом между каналами, белели крышами построек, как два подсохших плевка на асфальте, деревеньки Бережки и Лопатицы.

Староладожский, или как его ещё называют — Петровский, канал уже давно не судоходен, почти на всём протяжении его русло завалено упавшими деревьями или заросло настолько, что превратилось в болото. И только на отдельных участках, таких как Каменная пристань (да ещё возле деревень), канал сохраняет относительную полноводность.

Царь Пётр начал строить этот водный тракт в обход Ладожского озера незадолго до своей смерти. Достраивали его уже при Екатерине Первой, а в полную эксплуатацию запустили при Анне Иоанновне в 1731 году. Но уже через сто тридцать лет началось строительство нового канала, так как Петровский не справлялся с грузопотоком и к тому же начал мелеть. Новый канал прорыли между озером и старым каналом. Вторая попытка оказалась более удачной — канал действовал до сих пор и являлся излюбленным местом для рыбаков и отдыхающих.

Сомов вновь выставил таймер на то время, когда Точилин появился на берегу Каменной пристани, но на этот раз выделил участок не Староладожского, а Новоладожкого канала и запустил ускоренный ход времени. За двое суток в выделенной зоне отметилось более полусотни маркеров: рыбаки пешие и на лодках, отдыхающие, инспекторы ГИМС… Всё это происходило в каких-то пятистах метрах от того места, где в полном уединении ловил рыбу гражданин Точилин.

Задумчиво разглядывая карту, Сомов размышлял, почему Точилин выбрал для рыбалки именно Петровский канал, а не куда как более удобный во всех отношениях Новоладожский?

И тут вдруг сердце резко ухнуло вниз от неожиданно пришедшей догадки.

Сомов схватил руфон и вновь набрал номер Каши:

— Слушай, а ты ещё рядом с этим рыбачком?

— Заканчиваем уже. Представляешь, этому уроду, оказывается, мужики нравятся. Поставим на учёт извращугу и пусть пока катится к своей дуре-жене. А у тебя что?

— Узнай… Узнай у него, с чего он вообще на Каменную пристань попёрся?

— Так-так-так…

— Ты спроси, он это местечко сам отыскал или кто ему посоветовал. Уж больно удачно он там без пригляду и возможных свидетелей оказался. Отыскать его в этой тьмутаракани мог только тот, кто заранее знал, что он там будет. Понимаешь?

— Ещё как! — радостно отозвался Каша. — Перезвоню!

Но майор не перезвонил. Вместо этого десять минут спустя он самолично ворвался в мониторинговую.

— Не сам, собака! — возбуждённо затараторил Каша, протискиваясь в ячейку. — Не сам! Его туда на поводке привели, как… Вот как собаку и привели! Типа большие щуки там водятся.

— И кто ж это его «как собаку»?

Майор взял театральную паузу. Его глаза счастливо блестели.

— Да егерь там один из Лопатиц.

— Он его описал? Фамилию знает?

— Не, фамилию не назвал. Случайно, говорит, познакомились в магазине. Но описание дал, как сфотографировал.

Это уже была зацепка!

— По делу свет Мулячко один местный егерь проходил, помнишь? — ткнул указательным пальцем в грудь майора Сомов. — Ты ещё душу из него чуть не вытряс. Такой дурашливый паренёк лупоглазый. Федька! С нами на берег ходил. Думаю, он нам по описанию легко определит этого советчика. Он всех там знает, тем более егерей.

— Не определит! — Каша разве что вприсядку не шёл от возбуждения. — Не определит, Сом, потому что, судя по описанию, дурашливый-лупоглазый и посоветовал Точилину порыбачить вдали от прочих глаз!

Всякому любителю рыбалки знакомо то чувство, когда стоявший прежде неподвижно поплавок вдруг оживает и начинает приплясывать на гладкой воде. В такой момент вместе с поплавком вздрагивает и сердце рыбака, растекается по всему телу волна радостного азарта — клюёт! Надо только удачно подсечь, и затрепыхается на крючке пойманная добыча, сольётся это трепыхание с внутренним тремором удильщика, рождая неукротимый восторг близкой победы.

А следователь МГБ в некотором роде тот же рыбак, только добыча куда крупнее и азарт слаще.

Курсанты следственного факультета Академии приступали к обучению работе с ГЛОСИМ со второго семестра. А уже через месяц, изучив теорию, переходили к практике.

Учебные программы, построенные на реальных уже раскрытых преступлениях, были похожи на увлекательную игру и настолько захватили курсанта Сомова, что всякий раз он ожидал их с нетерпением прожжённого лудомана.

Но самый первый практический семинар стал для него особенным, оставив нестираемую отметину не только в его судьбе…

— Два года назад шестнадцатого октября на пульт дежурного позвонила гражданка Н. и сообщила, что вечером на заборе напротив её дома появилась надпись, угрожающая целостности нашей страны, — майор Зеленков зачитал вводную и с артистичностью пианиста щёлкнул по клавиатуре.