Увы, врожденная жадность на этот раз поборола здравый смысл, и результат получился совсем не тот, на который рассчитывал мистер Спенсер. Следуя его распоряжению, капитан парусника загрузил на борт более шестисот чернокожих невольников, которые содержались в ужасающей тесноте; вкупе с нехваткой воды и еды, это привело к тому, что они начали массово умирать и за месяц пути большая часть их погибла. В довершение всех несчастий, уже на подходе к острову корабль попал в шторм и разбился о рифы. Вместо феерической выгоды финансовому положению мистера Спенсера был нанесен немалый урон, но хуже всего было то, что парусник принадлежал лично губернатору Аллену и тот потребовал выплаты за причиненный ущерб…
– И чего же вы хотите? – раздраженно спросил он, заложив руки за спину: так было проще избавиться от желания схватить эту маленькую дрянь за плечи и хорошенько встряхнуть.
Сидящая в кресле Кейт подняла голову и глубоко вдохнула перед тем, как начать.
– Я хочу, чтобы вы оставили меня здесь, на Бермудах, а сами отправились на свои вожделенные Багамские острова, – проговорила она, не глядя в его сторону. – У вас будет время найти подходящую причину, по которой задуманный вами брак не состоится: ее вы озвучите мистеру Аллену и принесете ему самые искренние извинения – свои и мои, если пожелаете. Хотя мне извиняться не за что: ваша попытка выдать дочь аболициониста30 за сына торговца рабами была с самого начала обречена на провал. – Кейт усмехнулась и продолжила: – Вы проведете на острове Абако пару месяцев и отправитесь назад, в Англию. На обратном пути, когда корабль сделает остановку на Бермудах, я присоединюсь к вам, и мы вместе вернемся домой. – Мистер Спенсер открыл рот, собираясь выразить несогласие, и она тут же повысила голос: – Не перебивайте, я еще не закончила! Мы вернемся и сделаем вид, что ничего этого не было. Если меня станут спрашивать, почему свадьба не состоялась, я придумаю, что ответить. Буду, как прежде, улыбаться вам при встрече и подставлять щеку для поцелуя. И никому не расскажу, чем вы занимались в колонии и какого негодяя прочили мне в мужья. Не ради вас, не обольщайтесь: ради спокойствия матушки и добрых отношений в семье.
– Вот как? А если я откажусь? – насмешливо прищурился дядя Грэм. – Не забудьте, вы несовершеннолетняя и по закону я не имею права вас здесь оставить одну, без средств к существованию…
– Если откажетесь, я не стану молчать и уничтожу вашу репутацию как на родине, так и в британских колониях, – пожала плечами Кэтрин, продолжая разглядывать узоры на чайном столике. – И начну с того, что расскажу губернатору историю одного поцелуя. Думаю, Мэри с удовольствием дополнит ее весьма впечатляющими подробностями.
«Вот мерзавки!» – скрипя зубами от злости, подумал он. Но вслух ничего не сказал.
– Насчет опеки вы правы: молодую незамужнюю девушку оставлять в незнакомом городе противозаконно. – Кейт наконец-то взглянула на него, и мистер Спенсер увидел, что она улыбается. – Поэтому вы напишете доверенность на имя мистера Эдварда Айвора, которая даст ему право временного опекунства. Кто как не губернатор лучше всего присмотрит за мной? Да и вам это выгодно: если случится неприятность, вы будете полностью оправданы перед законом.
На этот раз дядя Грэм промолчал потому, что растерялся. Похоже, его племянница была не просто умна и хорошо образованна. Оказалось, она еще изворотлива и довольно цинична.
– Теперь о средствах к существованию. – Девушка перестала улыбаться, взгляд ее стал серьезным. – Вы сказали, матушка передала вам часть моего приданого. Сколько именно?
Глаза мистера Спенсера забегали, выдавая лихорадочную работу ума.
– Две тысячи фунтов, – не слишком охотно признался он.
Ущерб, нанесенный финансовому положению семьи, Аллены оценили в девять с половиной тысяч фунтов. Мистеру Спенсеру, несмотря на дружеские отношения, пришлось расстаться со всеми накопленными средствами, чтобы погасить долг, не потерять расположение губернатора, а заодно, судя по некоторым намекам, и собственное здоровье, которое ему неоднократно обещали «поправить». Однако, чтобы полностью рассчитаться, не хватало еще четырех тысяч. Взять их было неоткуда, кредиты ему никто не давал, а долго ждать губернатор и его сын не привыкли. Мистер Спенсер уже подумывал сбежать обратно в Англию – хотя разрывать выгодную связь таким образом ему не хотелось, но однажды случайно услышал о желании Артура Аллена открыть свое дело в Лондоне и жениться на состоятельной англичанке. Решение возникло мгновенно, вспыхнуло в голове, словно молния: вот оно! Все сошлось! Какое счастье, что Аманда Маккейн не успела выдать замуж свою последнюю дочь: ведь Кэтрин, как и ее сестры, в качестве приданого получала целых десять тысяч фунтов!
