Алленам, впечатленным рассказами о красоте и прочих достоинствах Кэтрин Маккейн, мысль о том, чтобы получить недостающую сумму и впридачу к ней наследницу приличного состояния в Хартфордшире, показалась стоящей внимания, и мистер Спенсер на правах будущего родственника был прощен и снова допущен в круг друзей губернатора. Едва в Карибском море закончился сезон ураганов, он отправился за девушкой в Англию, но тут произошло несколько событий, которые нарушили его первоначальные планы. Умер полковник Маккейн – это было ожидаемо и оставляло Кэтрин без отцовской защиты, но два месяца вся семья пребывала в глубоком трауре, а Грэм Спенсер – в нетерпении и неизвестности. Ему удалось убедить сестру подкупить семейного нотариуса, чтобы втайне от всех вскрыть завещание покойного до оговоренного срока, и то, что они прочитали, заставило их задуматься…. но зато теперь миссис Маккейн легко подписала согласие на брак своей младшей дочери с Артуром Алленом. Правда, затем в Аманде внезапно пробудилась фамильная жадность, и вместо десяти тысяч фунтов приданого – и то после долгих уговоров! – сестра согласилась отдать только семь, а остальное пообещала вручить молодой чете по возвращении в Англию. Пришлось согласиться с ее решением, тем более что после знакомства с завещанием в голове мистера Спенсера начали зарождаться новые идеи.
Остатки денег он потратил на дорогу до Багамских островов – пришлось экономить на всем, включая проживание и еду. Появление невесть откуда взявшейся компаньонки едва не оставило его полностью на мели, но Грэм Спенсер боялся перечить вздорной племяннице до приезда на остров Абако. Он не сомневался, что Аллены справятся с неуемным характером Кэтрин и быстро научат ее главным женским добродетелям – послушанию и смирению. Однако рассказ о том, как Артур Аллен обошелся с темнокожей рабыней, встревожил мистера Спенсера: люди с подобными наклонностями обычно жестоки не только с прислугой, но и с членами семьи, и участь племянницы начала его беспокоить. Но намного больше его волновала собственная судьба: за невыполнение обещаний он сам мог с легкостью оказаться в лодке, и вряд ли спасение поспешило бы к нему на всех парусах…
– Две тысячи? – разочарованно переспросила Кейт и вздохнула: – Что ж, учитывая то, что я пробуду здесь всего несколько месяцев, две тысячи фунтов – даже слишком большая сумма. Но, поскольку это
– А в вас есть деловая жилка, Кэтрин, – вновь усмехнулся мистер Спенсер и прошелся по комнате, делая в уме кое-какие подсчеты. – Тогда давайте поговорим не как дядя с племянницей, а как деловые партнеры. Вы требуете от меня невозможных вещей. Шантажируете, забывая о том, что я оплатил эту поездку, тратил собственные деньги на билеты для вас и мисс Уоллес… мисс Айвор… черт ее разберет, не важно. Я терпел ваши выходки и капризы, и теперь мне, а не вам, предстоит объясняться с почтенным семейством, которое готовилось к помолвке и пышной свадьбе, рассылало приглашения другим уважаемым людям, наверняка приготовившим молодоженам дорогие подарки… Нет, милая моя, я не хочу разбираться со всем этим, испытывать стыд и унижение, в то время как вы будете отдыхать и наслаждаться жизнью. У меня нет никаких сил и средств!
Он опустился в кресло и устало прикрыл лицо ладонью. Поза была картинная, но работала безотказно: у глупцов она вызывала сочувствие, умных же заставляла искать компромисс.
– Хорошо, мистер Спенсер, – медленно проговорила Кейт. – Если я отдам вам половину выделенной суммы, вы оставите меня в покое?
– Даже не знаю. – Он покачал головой: быстро соглашаться не стоило, для пущего эффекта нужно было потянуть время. – Мне придется еще купить место на корабле отсюда до Багамских островов, потом приобрести обратные билеты, плюс расходы на проживание… – Он покосился на девушку и, заметив, что она нервничает, изобразил глубокий, печальный вздох: – Ну, хорошо, моя милая. Ради вас я готов принять этот тяжкий крест и нести его до конца. Я согласен.
Кейт с облегчением выпрямилась.
– Тогда еще одно, – проговорила она, вставая с кресла.
– Еще?! – возмущенно воскликнул он. – Вам мало выдвинутых условий?!
– Это последнее. – Кейт протянула руку: – Отдайте письмо с разрешением на брак. Можете сразу приложить к нему мою тысячу фунтов… О, не притворяйтесь, будто у вас при себе ее нет! Мне известны ваши привычки, дядя Грэм: вы ни за что не оставили бы деньги и документы в незнакомой гостинице. Я видела множество потайных карманов в вашей жилетке, когда мы ночевали в одной комнате на пути в Саутгемптон. Не случайно на корабле вы не снимали ее даже ночью. Поэтому будьте любезны, дайте мне оговоренную сумму и письмо. Именно сейчас, потому что у меня нет никакого желания встречаться с вами еще раз до вашего отъезда.
