Унесённые «Призраком» полностью

Она чуть склонила голову набок, глядя на него с подкупающей искренностью, в которой Стейн безошибочно разглядел вполне объяснимый романтический интерес. Будь ему лет на десять поменьше и при других обстоятельствах, он бы с головой окунулся в зарождающееся чувство и с восторженным юношеским пылом ответил взаимностью, но… Ему было тридцать, он был вдовцом, аскетом, калекой. Пылающие угли его души давно превратились в пепел.

– Я люблю живые цветы, – честно ответил он. – Срезанная красота недолговечна: какое-то время она еще поддерживает иллюзию жизни, но очень скоро ее касается дыхание тлена и цветы начинают умирать. Наблюдать за этим, поверьте, очень грустно.

Мэри опустила голову. Ее щеки вспыхнули.

– Простите, мистер Норвуд, – еле слышно пролепетала она. – Я поняла.

– В любом случае, благодарю за заботу, мисс Айвор. Вы были правы: эта комната понравилась мне с первого взгляда.

Мэри, не поднимая глаз, сделала книксен, повернулась и пошла к дверям. И, уже собираясь выйти, негромко добавила:

– Не забудьте, мистер Норвуд, ужин здесь подают в восемь.

Сегодня он устроил себе настоящий пир. Ему принесли тушеную капусту с беконом в горшочке, пирог с рыбой, устриц и желе из пунша. Выбирая напитки, он, по привычке, сперва подумал о пинте дешевого пива, но потом вспомнил, что больше не нужно считать каждый пенни, и заказал бутылку знаменитого бермудского рома. В конце концов, следует достойно отметить день, когда удача вновь повернулась к нему лицом. Свершилось! Наконец-то, после стольких напастей, злоключений и потерь, мистер Грэм Спенсер мог отпраздновать заслуженную победу.

Хоть и не сразу, но все сложилось наилучшим и самым выгодным образом. Да, его матримониальная авантюра потерпела крах, но зато теперь не придется объясняться с сестрой и испытывать угрызения совести из-за того, что Кэтрин насильно выдали замуж за жестокого и безнравственного человека, который способен превратить ее жизнь в ад или, хуже того, свести бедняжку в могилу. Да, ему пришлось уступить племяннице, но зато с этого дня он избавлен от ее общества, не обязан тратиться на нее и при этом уверен, что она никому не расскажет о его предосудительных связях и поступках. А самое главное – шесть тысяч фунтов приданого остались при нем, и уж он-то сумеет ими грамотно распорядиться! Даже если четыре придется вернуть Алленам, чтобы погасить долг, двух тысяч ему хватит, чтобы отправить несколько кораблей к африканским берегам и заново начать восхождение на финансовые вершины. У него будет все, что он только пожелает: роскошный дворец, собственные плантации, множество рабов… Быть может, однажды его изберут губернатором какого-нибудь небольшого острова или штата в Америке и он больше не вернется в недобрую старую Англию к брату, который привык думать только о себе, к сестре, которая озабочена только наследством покойного мужа. Да, когда Кэтрин окажется дома, им будет неприятно узнать, что он их бессовестно обобрал. Ничего, как-нибудь разберутся. Ему, мистеру Грэму Спенсеру, успешному предпринимателю и владельцу огромного капитала, уже не будет до этого никакого дела.

Несмотря на присутствие двоих гостей, Мэри хотелось назвать этот ужин семейным – настолько спокойная, уютная и правильная обстановка ощущалась за столом в этот вечер. Казалось, так уже было и должно быть всегда: рядом с ней сидит доктор Норвуд и, как истинный джентльмен, исполняет любую ее просьбу, напротив – Роберт, молчаливый и все еще немного пугающий, но со стороны видно, как смягчается его взгляд, когда он украдкой посматривает на Кэтрин. Кейт бледна, немного печальна, почти ничего не ест, и это тоже не нарушает вселенской гармонии, которую Мэри чувствует сердцем. Может быть, это знак, посланная свыше подсказка, намек, что в грядущем они непременно должны быть и будут вместе, они четверо – и заботливый, любящий отец, который внимательно наблюдает за ними и наверняка делает выводы. Хорошо бы ему увидеть, насколько Роберт и Кейт подходят друг другу, и позволить сыну расторгнуть неудачную помолвку; хорошо бы ему понять, какой прекрасный человек Стейн Норвуд, и предложить ему руку своей дочери… если, конечно, доктор сам не сделает ей предложение. Мэри мечтательно улыбнулась: разумеется, сделает, только нужно приложить немного усилий. Его жена училась на акушерку… что ж, если ему нравятся женщины, разбирающиеся в медицине, то она постарается стать такой. Опыт ухода за больными у нее есть – ведь она помогала Кэтрин на корабле, когда та страдала морской болезнью. И если Стейн будет проводить много времени в госпитале, она должна сделать все, чтобы там нашлось занятие и для нее.

«Можно показать свою заинтересованность прямо сейчас», – подумала Мэри и, улучив момент, с улыбкой спросила:

– Чем вы занимались сегодня в госпитале, мистер Норвуд?

– Мисс Айвор, вы действительно хотите это знать? – помолчав, уточнил он, и девушка быстро закивала:

– Да-да, и остальным, полагаю, тоже будет интересно. Правда, Кэтрин?