Среди пыли и шума выделялась фигура Метатрона. Мудрец пристально смотрел в их сторону. Его лицо было искажено страданием, терзавшим ему душу: увы, он отлично понимал, что произошло. Мизар предал его и всех остальных, и, скорее всего, пошел до конца, открыв, где находятся Главные Сущности. К безграничному горю Метатрона добавлялось тяжкое чувство вины: несколько часов назад он неправильно истолковал видение Аллибис. В Обители Знаний Оракул видела Мизара, убегавшего от преследовавших его демонов. И он недооценил это предзнаменование, не уделил ему должного внимания, совершив самую страшную ошибку в своей жизни. Не размышляя над возможным его значением и не углубляясь он продолжил речь, обсуждая стратегию со всеми Ангелами-Наставниками. И теперь он стал свидетелем предательства Мизара, когда тот рассказывал врагу, где спрятаны два молодых ангела. Он ошибся. И это привело к страшным последствиям.
«Он мой! — прогремел Офидиэль, обменявшись пристальным взглядом с Метатроном. — Я должен уничтожить его!».
Ярость Офидиэля росла неудержимо.
Теперь победа была за ним: ангелы Сефиры были дезорганизованы и подавлены. Но это для него было уже не так важно. Он равнодушно наблюдал за последними стычками в главных стратегических точках боя: ему не терпелось добраться до ненавистного Метатрона.
Его зрачки вспыхнули, как горящие угли, и он начал превращаться в громадную кобру. Высунув раздвоенный язык, он направил мощный ядовитый луч против Ангелов Силы.
«Осторожно!» — крикнул Метатрон мысленно, пытаясь защитить их от Офидиэля. Но было уже поздно: смертоносный луч достиг его воинов, и они попадали без чувств. Сотня демонов бросилась на них, чтобы добить, в то время как остальные Ангелы Силы ринулись в рукопашный бой.
«Нет! Не спускайтесь!» — Метатрон был в отчаянии: его воины, повинуясь порыву спасти товарищей, устремлялись на землю, становясь уязвимыми.
«Сейчас!» — приказал Офидиэль доминатам, наслаждаясь вкусом мести. Он улыбался, довольный развернувшимся перед ним ужасающим спектаклем. Монстры, жаждущие разорвать сердца ангелов, протягивали к ним безобразные руки. Они возбужденно трясли головами и тяжело дышали, испуская хриплые гортанные звуки и потоки пенящейся слюны.
«Не-ет!» — раздался отчаянный крик Хода. Ангел без колебаний телепортировался в самую гущу боя и начал наносить смертоносные удары шестью руками, раскидывая врагов направо и налево. Лезвие луча, исходившего из центрального глаза, пронзало их коренастые тела. Ход сражался стремительно, ловко, его точно рассчитанные удары безошибочно достигали цели.
Тем временем на юге долины гиены нашли путь к выходу из Каньона. Они ничего не видели в дыме и песке, но ориентировались благодаря обонянию.
«Давай!» — вскрикнул Тиферет, повернувшись к Эльнату.
И почва под ногами у монстров вдруг заколебалась. Поверхность, по которой они только что бежали, теперь безжалостно засасывала. Паника охватила их, и чем больше они суетились, тем сильнее увязали в зыбучих песках.
Офидиэль снова принял вид воина. Теперь все его внимание было сконцентрировано исключительно на том, кто смертельно оскорбил и унизил его — на Метатроне. Их взгляды снова скрестились.
Не сводя глаз с противника, Офидиэль сделал воздух знойным, чтобы высушить глину и дать возможность монстрам выбраться. Это был первый этап поединка — демонстрация своей силы. В ответ Метатрон обрушил на Каньон ливень.
Сражение перешло в другое измерение и постепенно превращалось в решающую стычку между двумя высшими существами: сильными, непобедимыми, движимыми противоположными чувствами и готовыми биться до конца. Глаза Офидиэля горели жаждой мщения и власти. Взгляд Метатрона были бесстрастен.
Ангел Зла закрыл глаза и глубоко вздохнул. А потом начал быстро вращаться, становясь темно-бурым раскаленным песчаным вихрем. В ответ Метатрон обернулся темно-серым дождевым смерчем. Две стихии закружились друг перед другом, как два боксера на ринге, готовясь атаковать.
Внезапно бурый вихрь бросился на противника. Они столкнулись, во все стороны посыпались раскаленные искры, и какое-то мгновение казалось, что они проникнут друг в друга. Затем все успокоилось, и каждый снова принял свой обычный облик.
Офидиэль превратился в кобру и стал расти, обретая устрашающий вид. «Настал решающий момент», — подумал Метатрон и мысленно перенесся к Унике и Унико, которые были далеко. Он знал, Езод и Нишида защитят их даже ценой собственной жизни. Тень улыбки проскользнула на его лице, когда он расправлял плечи, чтобы совершить ловкое сальто назад. Он рассеялся радужным свечением, и на его месте возник серебристый мангуст с черными полосками на спине и темной обводкой вокруг проницательных глаз, которая придавала ему агрессивный вид.
Кобра и мангуст изучали друг друга. Пришло время решающего поединка, который положит конец Адливуну.
