— Рада, что тебе понравилось, — смущённо пробормотала подруга. — Ладно! Я побежала! Увидимся после занятий!
После занятий она зашла к Ниа бледная, в глазах стояли слёзы.
— Что случилось, Рейчел? — испугалась Ниа.
— Я видела профессора…
— И что?
— Он… Он предложил мне изучать язык Аин…
— Рейчел! — обрадовалась Ниа.
— Это? Это был ответ?
— Наверное…
— Господи, как всё просто…
Они посидели немного и вышли в коридор. Там стояла Ливора.
Ниа остановилась, Рейчел инстинктивно закрыла её собой.
— А… — Ливора удивлённо посмотрела на девушку. — Это ты от неё заразилась?
— Ты дура что ли? — грубо ответила Рейчел.
— Эй, Ниа! — крикнула Ливора, поднимаясь на носки, чтобы заглянуть через плечо Рейчел. — Может, Солус потому и сбежал — боялся заболеть!
Ниа молчала.
— Я его понимаю, — продолжила Ливора. — Никому не хочется стать таким. Наверное, Солус…
— Профессор Атис! — раздался раздражённый голос у неё за спиной. — Я просил бы не произносить моё имя в ситуациях, не связанных с работой!
Ливора обернулась: какой король! Хотелось сказать ему что-то обидное, но в голову ничего не приходило.
— Рейчел… — прошептала Ниа.
— Что?
— Извини, я… Мне надо идти…
Девятнадцатое января, среда. С утра идёт снег. Ничего не видно. Сплошная белая стена…
Она догнала его у лестницы. Схватилась за перила и крикнула:
— С днём рождения!
Он даже не обернулся.
Ниа опустилась на ступеньку и закрыла лицо руками.
— Всё. Всё…
На следующее заседание университета Солус не пришёл. Ниа смотрела на пустое кресло и чувствовала, как на сердце ложится тяжёлая серая плита. Два часа раз в месяц… даже не смотреть, а просто сидеть рядом. Неужели теперь она лишилась и этого?
Едва дождавшись конца заседания, девушка подбежала к профессору Сатабиша и спросила, уцепившись за рукав его мантии:
— Где Солус? Почему он не пришёл?
— Ему нужно было уехать, — с мягкой улыбкой ответил Хидори.
— Уехать? — жалобно протянула Ниа.
Почему в этот день? Почему именно в этот день?
— Похоже, ты противна ему до такой степени, что он не может даже пару часов провести с тобой в одной комнате, — шепнула на ухо проходящая мимо Ливора.
Да, похоже…
Сегодня, гуляя с Хаски, она ушла дальше всего. Потом легла на землю и просто лежала. С чёрного неба падал белый снег. Ниа хотелось, чтобы он накрыл её всю, чтобы ничего не осталось от этого жалкого, никчёмного существа, которое было ею.
Но опять встала и пошла домой. Теперь она часто называла университет своим домом. Другого у неё не было. Иногда она вспоминала ту Ниа, которая солнечным июльским днём сошла с поезда на станции «Алкес», волнующуюся, но полную надежд. Во что она превратилась за эти полтора года? Нервная, пугающаяся даже своей тени, кричащая, устраивающая истерики.
И всё же, если бы ей предложили забрать эти полтора года, она бы не отдала. Если бы разрешили оставить всего одно воспоминание, она оставила бы
Может, это и помогало ей жить до сих пор…
***
Прошло две недели. Она почти не спала. Когда становилось совсем тяжело, забиралась на подоконник и смотрела, как бегут облака. Оказывается, зимними ночами они бегут очень быстро. Она протягивала руку, пытаясь дотянуться до них, а они всё бежали сквозь пальцы…
А в четверг Ниа проспала. Не помог даже будильник. Она его просто не услышала. Открыла глаза, когда на часах было без пяти девять. Вскочила, бросилась в ванную, потом в комнату, надела свитер, юбку, схватила мантию, сумку и побежала в класс.
Тут нечего было думать о длинной дороге, она и с короткой уже опаздывала. Натягивая на ходу мантию, она бежала по коридору, когда вдруг услышала доносящийся из приоткрытой двери кашель.
Ниа сразу забыла и о времени, и об уроке, потому что это была
Кашель становился сильнее.
Ниа толкнула дверь.
Он стоял на коленях, держась рукой за стол. На полу в луже воды блестели осколки стакана.
Ниа подбежала, но он в ужасе отшатнулся он неё, кашляя ещё сильнее. На покрасневших глазах выступили слёзы. Ниа схватила графин, налила воды и протянула ему, но он резко оттолкнул её руку. Стакан полетел на пол, увеличивая количество осколков между ними.
Ниа встала, наполнила ещё один стакан и снова опустилась на колени. Крепко обняла его одной рукой за плечи, другой поднесла к его губам стакан и прошептала, умоляюще:
— Пейте, пейте, пожалуйста!
Он сделал несколько глотков. Кашель стал постепенно стихать. Ниа спросила тихо:
— Ещё?
Он отрицательно покачал головой.
Солусу быстро становилось лучше, и её руке больше не оставалось причин лежать на его плече.
Ниа помогла ему встать и, отойдя в сторону, спросила:
— Что с вами?
— Ничего. Вода попала не в то горло, со всеми бывает, — ответил он почти зло.
— Я помогу убрать стекло? — сказала она с робкой надеждой.
— Не надо мне помогать! — закричал он. — Оставьте меня в покое!
От его крика Ниа съёжилась и попятилась к двери.
— Извините… — пробормотала она чуть слышно и вышла из класса.
