Придя на занятие, юноша улёгся на парту, закрывая собой недописанные кривые ряды букв, и приготовился записывать новые слова и предложения. Но профессор решил начать урок с диктанта. Диктант Игни написал плохо. Если быть честным, вообще не написал. Не смог даже записать слова, а уж о переводе на тубанский и говорить нечего (к несчастью, профессор неплохо знал его язык).
— Я бы поставил вам «неудовлетворительно», но вы не заслужили даже этой оценки.
— Я не обязан ничего делать! Не хочу писать диктант и не буду, — вскинулся Игни. — Я плачу вам деньги!
— О ваших желаниях мы вчера уже поговорили, — спокойно сказал профессор. — Что касается денег, то вы платите их не мне, а университету. А ваши обязанности… — его голос вдруг изменился, слова зазвучали, как пощёчины. — Вам нужен язык, чтобы убить тех, кто на нём говорит. Так учите его! Хотите понять их последние слова, когда они будут умолять вас сохранить им жизнь, тогда учите эти слова! Пишите буквы, которые они писали, произносили звуки, которые они произносили, читайте книги, которые они читали! Вы же обязаны отомстить, тогда вы обязаны учиться! А учиться — это значит делать то, что я скажу!
Юноша поражённо смотрел на профессора — алые искры, забитые его словами, спрятались в глубине глаз.
— И ещё одно. Заместитель ректора выдал вам буклет, в который вы, конечно, не потрудились заглянуть. Там рассказывается об университете и правилах поведения в нём. Ко всем преподавателям, запомните, ко всем преподавателям вы должны обращаться, используя слово «профессор». Вам понятно?
— Да, профессор, — сквозь зубы проговорил Игни.
— Хорошо. Продолжим занятие. К завтрашнему дню вы должны выучить все слова прошлого урока плюс те, которые мы выучим сегодня…
Игни казалось, этот урок никогда не закончится.
Он возненавидел профессора Альгеди почти так же, как народ Бенеташа, но слова всё-таки выучил. Пришлось потратить целое утро, но на следующий день в диктанте была всего пара ошибок. Профессор посмотрел и сказал только одно слово:
— Неплохо.
Выходя из аудитории, Игни снова встретил сероволосую девчонку.
— Привет, преп… — он замолчал. — То есть я хотел сказать, здравствуйте, профессор!
— Здравствуй, Игни, — улыбнулась девушка.
Он выругался про себя и пошёл учить бенеташские слова, а Ниа отправилась изучать язык Аин.
Профессор Сатабиша был сегодня немного рассеян, Ниа уже хотела спросить, что случилось, когда он вдруг сказал:
— В прошлый раз ты рассказала мне о том, что тебя беспокоит, и я ответил тебе вопросом на вопрос.
— Ничего, я знаю, что есть вопросы, на которые необходимо самой найти ответ, иначе теряется весь смысл. Наверное, это был один из таких вопросов.
— Возможно, но теперь мне хочется поговорить о том, что волнует меня.
— Конечно!
— Эдита… она сейчас работает в издательстве и предложила мне опубликовать учебник языка Аин… Как тебе эта идея? — он с беспокойством посмотрел на Ниа.
— Неплохая идея, по-моему… Конечно, в том, как он передаётся от человека к человеку есть что-то… священное… Но так он откроется большему количеству людей.
— Да, поэтому я никак не могу решиться, ведь количество — далеко не самый лучший способ измерения. И потом… — он замолчал.
— Знаете, почему я начала изучать алгольский язык? — тихо сказала Ниа. — Услышала песню на старом диске. Люди, исполняющие её, не знали, что изменят этим мою жизнь. Но мне даже трудно представить, что было бы со мной без этой песни. Она открыла передо мной целый мир и… — она тоже не договорила до конца.
— Что ж, — тихо сказал Хидори, — тогда я соглашусь. Но мне нужна будет твоя помощь.
— Конечно, — улыбнулась девушка.
***
Когда Эдита вернулась, он ответил ей «да». И началась работа. Почти всё свободное время Хидори проводил то с Солусом, то с Ниа, разбирая и систематизируя накопленные за годы работы материалы. Время от времени приезжала Эдита. Теперь он был в курсе всех дел издательства, знал детали и фамилии исполнителей каждого проекта. Он и сам стал очередным проектом в длинном списке Эдиты.
Конечно, аргумент Ниа был бесспорным, и Хидори даже начал корить себя за малодушие, но ничего не мог поделать с чувством странного беспокойства, поселившимся в нём. Уже заканчивался август, а они только придумали основную концепцию и отобрали материал для первого урока.
Ниа тоже теперь разрывалась между основными, дополнительными занятиями и работой над учебником. Было почти невозможно заставить её отдохнуть.
— Ниа, на следующей неделе Рои пойдёт в школу, сегодня можно взять выходной, — в очередной раз пытался он уговорить девушку.
— Нет, сегодня никак нельзя: пятница — последнее занятие! А потом надо доделать кое-что по языку Аин, хочу вам завтра показать.
— Я могу подождать до послезавтра и даже до послепослезавтра.
— Не волнуйтесь, я совсем не устала, а вот вам надо отдохнуть. Погуляйте немного, сегодня такая чудесная погода.
— Погода действительно чудесная… Пожалуй, воспользуюсь твоим советом и немного пройдусь. Передавай привет Рои.
Профессор спустился во двор и медленно пошёл по аллее.
