- Продолжилось! - родственница водяных совратительниц от избытка чувств аж села на постели, и ткнула в полумраке в меня пальцем - Я тебе все сердечные тайны свои поверяю! Все рассказываю! А ты прям как неродная!
- Анри - как можно примирительнее забормотала я, едва только пылкая сказительница остановилась перевести дух - Это у нас гармония. Ты говоришь - я слушаю.
- Себе на уме! - рявкнула мавка. В стену ей тут же постучали кулаком. Анри сверкнула очами, и затарабанила зверски в ответ, и тоже кулаком.
- Уймитесь! - проорал незнакомый мужской голос, и у мавки аж уши шевельнулись, клянусь. Она вмиг прекратила барабанить по стене, и приникла к ней ухом.
- Совсем первый курс распустились, уже мужиков навели - прошептала шпионски, мгновенно позабыв мою преступную скрытность и скудность речей - Кто там у нас, а ну, а ну?
- Анри - прошептала я, покосившись в окно, ибо там уже потихоньку начал заниматься рассвет, пока еще тоже весьма сонный - Ты по дыханию, что ли, определить собираешься?
Анри посигналила мне непонятной, как водится, гримасой, которую, по ее мнению, я тут же должна была отличить от всех остальных ее гримас. И, разумеется, верно истолковать.
Я сочла за лучшее использовать излюбленную тактику свою, специально для таких случаев. А именно - молча смотреть, что ж дальше будет.
Анри поелозила ухом по стене, помолчала таинственно, и вроде бы даже начала задремывать в таком положении. Я пожала плечами, и только было решила потихоньку начать вылезать из постели - все равно ведь уже не уснуть, как Анри внезапно сощурилась хищно, и, едва не поцеловав пылко стенку, коротко и громко взвыла, бухнув по стене пяткой. Мне даже показалось, что по многострадальной стенке побежала легкая дрожь.
- Святой Амвросий! - проголосили за стеной фальцетом.
Мавка хмыкнула, как заправский орк.
- Ага, Амвросий, значит... Доброго утречка, Зигфрид - и хихикнула.
- Будь ты проклята, Велиорская - на пару октав ниже ответили нелюбезно на это пожелание. Но заявлять, что никакими Зигфридами не являются, не стали.
Я фыркнула, стараясь не загоготать в голос - все ж таки утро слишком еще раннее. Но на поверку это и оказалось моей роковой ошибкой. Потому что упомянутая Велиорская от моих фырканий сразу вспомнила все, что не успела мне покамест досказать.
- А ты что это развеселилась?! - прошипела речная дева, щурясь страшно - Смешно тебе? А ну, рассказывай!
- Да о чем рассказывать-то? - возмутилась я не совсем искренне, и посмотрела на Анри предельно честно - Вызывали меня на совет, но совет не состоялся, потому что...сама знаешь!
- Знаю! И еще знаю, что зубы ты мне заговариваешь! Какой, к демонам, совет? Про Роррея рассказывай!
- Роррей? Это староста магов, что ли? - спросили за стеной со стороны пытливой мавки непринужденно.
- Выпускного курса - мрачно и приглушенно поведала внезапно стена около моего плеча. Я подскочила от неожиданности, но тут же поглядела на Анри с выражением, ткнув в стену указующим перстом - Вы, кикимора вас раздери, девочки, уже бы разорились на 'Полог тишины'! Через день у вас какие-то то крики, то скандалы, то стоны сутками! А еще якобы скромницы!
- Стоны сутками? - возмутилась мавка, раздув царственно ноздри, но тут же поглядела на мои воспылавшие уши, и припомнила, с чего бы это о таком могли заговорить - Это издержки обучения, между прочим! Иву 'Мушкой' окатили!
- Очень удачно окатили, прямо непременно староста шестого курса ее тут...излечить старался больше суток, прямо хоть не приходи домой! - загорячились невидимые оппоненты - И опять орут с утра! Половина шестого только, совести у вас нет вообще!
Анри, не дозволив мне и рта раскрыть в защиту собственной репутации попранной, сложила руки на груди воинственно, не глядя на то, что созерцать эту позу гордую могла только я.
- Завидовать, девочки, нехорошо! И от зависти цвет лица портится!
- Ой-ой-ой - не нашлись отчего-то соседки с достойным по едкости ответом - Было бы чему!
Анри спрыгнула в запале с собственной постели, влезла с ногами на мою. И залупила в стенку опять кулаком.
- Было бы чему? Вам напомнить, как Роррей выглядит? Я щас прямо могу описать!
- Ой, нет - прошептала я умоляюще, поскольку это уж точно было излишне, я все подробности того, как выглядит упомянутый господин староста, помнила очень живо - Девочки, мы не будем шуметь. И на 'Полог' скинемся, извините.
- Бесхребетная - торжественно поведала мне Анри, и уселась на край постели, заболтав ногами - Чай пьем?
- Пьем - кивнула я, вылезая окончательно из-под пледа.
Скандалы скандалами, а вставать уже и в самом деле можно. И собираться потихоньку на лекции.
Я заварила чай, а Анри наколдовала в краткие сроки на кухне дивных гренок. С неожиданным аппетитом слопав все подчистую, мы с мавкой вяло поругали соседей и их большие уши, и Анри вдохновлено прочла мне лекцию о том, что не стоит позволять всяким..., то есть, всем подряд, залезать мне на голову со своими несправедливыми придирками необоснованными. И только лишь оттого, что у меня тут, видите ли, стонали, все это лишь бабская зависть беззубая...
