— Да ну? — со скепсисом протянула я, рассматривая практически плоскую невысокую сопку. В другом месте, а не в степи, ровной как поднос, мы даже не заметили бы эту возвышенность.
— Компас говорит, точно тут, — отозвался напарник, спрыгивая на землю. — Давай обустраивать стоянку. Вряд ли мы за сегодня управимся, а уже темнеть начинает.
Лагерь разбивать пришлось ему одному, что для него привычно. Эта обязанность всегда ложилась на него по умолчанию еще с нашей первой ночевки на природе на острове русалок в реальности Лаэтра. Я же отправилась бродить вокруг сопки и сканировать ее.
Нет, все же хорошо, что в этом мире с магией напряженка. То есть плохо, конечно, но в чем-то хорошо. Вот в Межреальности мы бы постоянно сталкивались с нечистью и нежитью, а тут тишь да благодать. Ни тебе упырей, ни зомби, ни всяких гадостных гардебрилов. Не живут нечисть и нежить в мире, где магии, считай, не осталось.
— Там внутри что-то железное и очень большое, — сообщила я Карелу, закончив обход.
Он сидел у маленького костерка, в котором вместо дров горели камни, используемые тут вместо сухого спирта и каких-нибудь туристических брикетов. И не спрашивайте, как камни могут гореть? С магией я уже разобралась, технику тоже почти понимаю (все же я из технической реальности), но смешение их в одну кучу ставило меня в тупик.
— Гипотезы есть? — деловито спросил напарник, приладив над огнем походный котелок.
— Ха! Да сколько угодно! Только они все у меня бредовые, — устроилась я рядом с ним на седло, снятое с Дианы.
Мы решили на ночь не отправлять наших призрачных скакунов в их загадочный мир, а оставить попастись на воле. Тут ведь вокруг нас прямо лошадиный рай: огромная просторная степь, заросшая травами. Бегай не хочу…
— Мне не привыкать, — улыбнулся друг.
Пламя костра отбрасывало на его лицо блики, отчего оно выглядело загадочным. То чеканный римский профиль, то ироничный, полный сарказма мефистофельский лик, то одухотворенный портрет утонченного аристократа из какой-нибудь старинной галереи. Я даже залюбовалась. Красивый у меня напарник, даже посмотреть приятно.
— Кира-а!
Глава 15
Я похлопала ресницами, возвращаясь в реальность.
— Да! Так вот… Учитывая, что бог у нас, то есть у Дарколи, Механический, то допустим следующее. Некое существо прилетело на эту планету на космическом корабле, потерпело крушение и застряло тут. Двигатель, например, повредился, или топливо закончилось. Может, оно летало на… уране или плутонии каком-то там или еще какой-нибудь радиоактивной дряни.
—М-да… — тут я с подозрением пристально уставилась на сопку. — Слушай, если вдруг я права, то мы с тобой сейчас сидим и облучаемся.
— Кольцо твое спокойно? — скосил Карел глаза на мой перстень, определяющий яды и всякие вредоносные добавки артефакт. Достался он мне в качестве благодарности за очистку крови мамы Неллины, эльфийки из школы, и с тех пор я его не снимала никогда, даже в душ в нем ходила и спать ложилась.
— Спокойно, только… вдруг он не умеет определять радиоактивное излучение? — занервничала я.
— Давай ты не будешь меня запугивать, а? Я ведь понятия не имею, что такое радиоактивное излучение и чем оно чревато. — Я открыла рот, чтобы просветить его, но напарник предостерегающе поднял обе руки, останавливая: — Не надо!!! Ты мне уже рассказывала про кулинарные изыски вашей реальности, до сих пор передергивает, как вспомню. Тебе бы книги ужасов писать, Кирюш. Предлагаю другую гипотезу, не такую страшную.
— Ну-ка?
— Например… некое существо, этот самый Механический бог, путешествовал по мирам, его занесло в Дарколь, и он по каким-то причинам решил тут остаться. Жил он ранее, как и ты, в технической реальности, и магический мир ему сильно не понравился. Представь, что он был не маг, но хорошо разбирался в технике и имел с собой какие-нибудь сложные инструменты, а не швабру, как это вышло с тобой. И вот эти его инструменты или приборы могли… м-мм… магию блокировать. Или не саму магию, а только ее источники. И вот он, желая уравнять свое могущество с силами местных жителей, что-то такое сотворил, отчего магия иссякла. Чем не вариант?
— Твоя версия мне нравится больше, — фыркнула я. — А то моя какая-то уж больно странная…
Дальше мы, как обычно, устроили мозговой штурм, высказывая самые дикие предположения, ухахатываясь над некоторыми из них и отметая в сторону, чтобы тут же выдвинуть на их место еще более невероятные идеи.
К ночи стало ужасно холодно. Открытое пространство степи быстро теряло тепло, и наш крохотный костерок уже не спасал. Так что когда Карел улегся, закутавшись в одеяло, я сделала бровки домиком, прижала к груди свой шерстяной пледик и изобразила очень-очень несчастного котенка, глядя на друга с жалобным видом.
