Unknown полностью

- Нет,я не это имела ввиду.- Как же объяснить? Я знала, что разговор о прошломбудетнепростым. Но сейчас, напуганная, на эмоциях, я едвамогланайти нужные слова. - Всё... оченьсложно.

- Дауж,наверное.

- Что этозначит?

Он лишь отмахнулся.

- Ятолькочто сказал, что собираюсь на тебе жениться. Заманчиво для девушки в твоёмположении.

- В моём положении. -Той,котораяпродаётсекс.

- Но проблема с моим богатством втом,что к немуприлагаюсь я!

Этотаргумент сделал меня совершенно беззащитной.Потомучто с нимя

растерялавсю свою защиту.

- О чём я, блядь, думал? Сказал, чтоникогобольше небудет.Что ты - со мной. Доверил тебе то, чего не доверялникому.- Боль вего глазахменя просто потрясла. - А я даже не знаю твоегонастоящегоимени. Ожидалоттебятого,чего недолженбыл. Я не могу заставить тебяизмениться.

- Тыхочешь,чтобы я изменилась? - Мне неудалосьскрыть обиду в голосе. -Как?

- Например,когдая сказал, что ябывшийпостоянныйклиент,тымоглабы ответить, что и ты -бывшаяэскорт-девушка.Просто каквариант.

Я потёрла виски.

- Я ничего не понимаю. Не знаю, чтовдругпроизошло. - Возможно, он пожалел, что рассказал о своём прошлом. Мне казалось, что разговор со мнойпошёлему на пользу- но боль внутри всё ещё осталась, не даваяпокоя.И теперь я получаю ответную реакцию? - Почему ты так со мнойпоступаешь?

- Тыне должна быладаватьмне понять, что всё возможно.Тыпозволила мне верить, чтотебяможнозавоевать.

- О чём ты вообщеговоришь?

- Тылгала обэтоми омногом другом.Тысмотрелалюдямвглаза,и слова утебялилисьсамисобой.Врёшьтыпочищелюбогополитика.

Моя растерянность превращалась в гнев, затуманенный рассудок прояснялся.

- Я понимаю твоё недоверие. У менятожеесть причины не доверятьлюдям.Но ты долженкое-чтопонять.

Он осушил рюмку.

- Жду не дождусь, чтобы этоуслышать.

- Я ни разу - с самой первой произнесённой мною фразы - тебе несолгала. Ярость вего глазахпочти заставила менявжатьсяв сиденье.

- Я говорил, чтобы тыникогдамне не врала! Я объяснил, почему терпетьэтогонемогу.И всё равно тыпродолжаешь.

- Когда?Приведипример!

- Я почти поверил,когдаты сказала, чтоникакогодругогомужчинынет!Тысмотрела мне вглаза,и уверяла, чтоникогонет - но своейподругеты сказала, что связана сдругим.

- Какойподруге?-Может,он что-то неправильно понял из того, что я болтала ввыходные?

- На прошлой неделе перед деловой встречей я установил в номерепрослушку.И получилистинноенаслаждениеоттвоегоразговорасИванной.

Я ахнула, пытаясь вспомнить, о чём говорила тогда. Я рассказывала ей о поясе, о том, что всё время нахожусь, словно в тумане от желания, фантазируя о его теле. Разговор был приватным - и унизительным! Лицо вспыхнуло от стыда, что только подогрело мой гнев.

- Думаешь, я не позаботился о телефоне, прежде чем тыегополучила? Это случилось с моего разрешения.Потомвечером я прослушалзапись.

- Такты знал, что я и не пыталась заарканить тебя, забеременев! А мне не сказал? Я так и думала!Тыхотел,чтобы я осталась - чтобы обращаться со мной так, словно якакая-толживаяprostitutka!Чтобы ты мог получить всё, чтотолькозаблагорассудится.Тызабавлялся. Развлекался со мной. И смоейжизнью.

Мы остановилисьоколоотеля. Василий поспешноподскочилк пассажирской двери, но так и остался стоять.

- Такведь и ты играла со мной! -рявкнулСевастьянов. - Заставила меня поверить, что чувствуешь что-токомне! И я решил, что отвоюютебяунего-будухолитьи лелеять, погружу в свой мир, забрав из его. Иужбыло решил, что преуспел, покавчеране заметил твою реакцию.Теперья понимаю, что простоне могуничего сделать.Твоёсердце занято.Эдвардом.Тылюбишьего.

Я почувствовала, как от моего лица отлила вся кровь. Севастьянов произнёс имя Эдварда вслух. Я подавила желание перекреститься.

- К-как?

- В самолёте ты произнеслаегоимя во сне! Простонала! - Онпроглотилочередную порциюводки.- И теперь я знаю, как ты стонешь, трахаясь с тем, накоготебе не наплевать.

Что я ещё сказала? Я чувствовала невероятное желание бежать. Глаза метнулись к ручке двери.

- Дажедотого,какзаписьразговоравсёподтвердила,язнал,чтоутебяестьдругой. Я знал, что каждый раз, уставившись вникуда,ты думала о нём. Икогдасделали ту злосчастную фотографию для сайта - тытожедумала онём.

Севастьянов был прав. Думала.

- Тыбыласомной- и стонала, думаяо нём.- Он былготовразбить рюмку вдребезги. - Но ведь ты предупреждала меня, верно?Говорила,что яхочутебябольше, чем тыменя.

Он выдохнул, пытаясь умерить свой гнев.

- Всё это бессмысленно. Я не должен тебе доверять или завоёвывать. Я всего лишь должен тебеплатить.Может,стоитуладитьфинансовые вопросы, прежде чем ты поднимешься?

- Не делай этого. - Он разбивал мнесердце.

- Не делать чего? Взнос в сумме пятнадцати тысяч в деньбудетдостаточным? Или двадцати? - Онщёлкнулзамкомдипломата, вкоторомлежали банковскиепачкисотенных купюр. Спросил с ехидным выражением на лице, - наверное,Эдвардждёт,что ты вернёшься сбаблом?У вас есть на этот счётдоговорённость?

Какая-то невидимая сила, будто кулак, ударила меня в живот. Должно быть, так и было, потому что я не могла дышать.