- А вы откуда? – вместо «здрасьте» спросил он нас – Что здесь делаете? Вы давайте, езжайте, а то худо будет!
Глава двадцать первая
- Когда уже эта весна кончится? – не выдержал я – Вот уж воистину, права твоя сестра, Монброн, она как есть «черная». Поневоле в приметы поверишь.
- Заговаривается – сказала Эбердин Карлу – Сломался фон Рут, не выдержал
- Определенно – согласился с ней Фальк.
- Да погодите вы – попросил их Гарольд – Тюба, объясни мне, что ты имеешь в виду? Где наставник и наши соученики? Почему мы должны уезжать? Нам грозит какая-то опасность?
- Само собой – зевнул горбун – Ох, мастер Шварц на вас и ругался перед отбытием. Так честил, так честил – что ты! Как по мне – бежать вам надо. За семь морей, за двадцать земель.
Одно хорошо – до замка после войны Ворон точно добрался. А то я ведь грешным делом подумал, что и этого не случилось. Насмотрелись мы по дороге на то, как принц Айгон порядок на своих новых землях насаждает. Тут и там виселицы вдоль дорог торчат, а на них полусгнившие трупы болтаются, с табличками на шее. И, главное, покойники все как на подбор, злодеи редкостные – один «Насильник», второй «Вор», третий «Разбойник». Не спорю, места близ побережья всегда были неспокойные, но такого количества негодяев там сроду не водилось. И пяток относительно недавних больших пепелищ с одиноко торчащими печными трубами мы тоже видели. Эти деревни, как нам объяснили потом, отказались принцу подати платить, мол, они раньше этого не делали, и теперь не собираются.
Вот он и устроил показательные сожжения, чтобы до остальных дошло, что времена переменились. Чтобы, значит, проняло народ. И, сдается мне, своей цели достиг.
А с учетом того, что наш наставник вообще личность не очень популярная среди власть предержащих, то беспокоиться было за что.
- Куда уезжал? – терпеливо вытаскивал по слову из привратника Монброн – Ты поподробней.
- Куда, куда – Тюба почесал бок, поймал какое-то насекомое, и с хрустом раздавил его желтыми ногтями – Туда, куда же еще.
- Уже хорошо – Монброн достал из кошеля золотую монету – Спасибо тебе за помощь, и вот, выпей за наше здоровье.
- Это можно – обрадовался горбун – Почему нет?
- Само собой – поддержал его Гарольд – Пока наставника нет, он ведь не любит, когда ты под хмельком. А сейчас-то раздолье, благо он далеко-далеко.
- Да какое там! – привратник хихикнул – День пути. На гору Штауфенгрофф он отбыл, и друзей ваших с собой туда потащил!
- Штауфенгрофф – облегченно выдохнул Монброн – Все, выяснили!
Точно. Говорил Ворон про что-то такое еще на войне, особенно когда здорово бывал на нас зол. Мол – отвезу вас туда весной, вот вы там у меня горячего хлебнете!
- Теперь понятно, чего он на нас ругался – глубокомысленно заявила Рози – Небось целый час ждал, вдруг мы вернемся, а этого и не случилось.
- Хорошо, если час– вздохнула Эбердин – А если два?
- Тюба, а когда мастер Шварц отбыл? – продолжил допрос привратника Монброн – Неделю назад, две? Или совсем недавно?
- Недели с полторы будет – подумав, важно заявил горбун – Да, где-то так. А там, на Штрауфенгроффе, раньше делать нечего, и позже тоже. Конец мая, ребятки, конец мая. Самое время!
- И что дальше? – спросила Рози.
- Надо ехать – тоном, не оставляющим возможностей для обсуждений, произнес Гарольд – Разве у нас есть другие варианты?
- Есть – потянулась Рози – Остаться здесь, и дождаться возвращения остальных.
- Я так не думаю – покачал головой Карл – Если наставник узнает, что мы просто сидели в замке, вместо того чтобы доложить ему о нашем прибытии, то он нам такое устроит! Что именно – не знаю, но мало точно не покажется.
- Верно-верно – поддержал его Тюба, с интересом прислушивающийся к нашему разговору – Мастер Шварц подобного не стерпит. Потому как это непорядок.
- Вот – показал на горбуна Монброн – Человек знает, что говорит.
По лицу де Фюрьи было понятно, что умственные способности привратника она ставит не очень высоко, но вслух Рози подобное высказывать побоялась. Тюба был миролюбивейшим и недалеким созданием, но свои обиды помнил очень хорошо. Как-то Мартин, пребывая не в духе, толкнул его плечом, и не подумал даже извиниться. Это было большой ошибкой. Две недели он находил в своей постели преизрядные кучи дерьма, которое невесть как туда попадало, и все это время все мы кляли его последними словами. А с учетом того, что изучали мы тогда проклятия, то полученные знания немедленно шли в ход, отчего лицо Мартина то краснело, то синело, то покрывалось огромным количеством прыщей.
Хорошо хоть, что он тогда сообразил, откуда ветер дует, и выпросил у горбуна прощение. Что, кстати, для самолюбивого простолюдина было тоже неслабым испытанием, подобные вещи не в его правилах. Ему легче было человека убить, чем с ним договориться.
Но Тюбу убивать было никак нельзя, ему благоволил Ворон. Потому пришлось прогнуться.
- А дорога? – упорствовала Рози – Ты знаешь туда дорогу?
