Там, на возвышенности, они долго стояли без движения – лошади под ними переминались с ноги на ногу, пытались травку пощипать, а их всадники, словно бы застыли, глядя вдаль.
На равнине впереди, в зелёной луговой траве, утопал город, наводивший ужас на все окрестные земли, город, чьи сыны, бывали в Вестфаллии, стране кентавров, сражались по всему континенту и ныне дошли даже до Тобу, портового города Сабаса, самой дальней восточной точки континента.
Утопал Тар в траве так, что его плохо было видно отсюда. Собственно, Тиала и Кхнек не сразу поняли, что перед ними не скалы или просто большие валуны, а то, что раньше было городом.
Лишь бросив взгляд на серо-бардовое лицо командира, сейчас громко скрипевшего зубами от терзавшей его злобы и присмотревшись к равнине, усыпанной камнями разного размера, они поняли, что это такое на самом деле.
По всей равнине эти камни, уже давно вросшие в землю. Насколько хватало глаз их видно, а некоторые так высоки, что легко можно спутать со скалой. Но нет ни одного камня, крупнее сторожевой башни из Северных королевств.
Тар не просто взяли штурмом и сожгли – его разобрали по камешку, не оставив ничего, что могло бы стать пригодно для жизни и обороны или даже восстановления. Этот город разнесли так капитально, что казалось, люди, сделавшие это, недовольны одной лишь победой, они жаждали стереть саму память об этом месте.
Может, так оно и было, кто знает?
Арагон пустил свою лошадь в обход огромного кладбища, коим стало это место. Каменные кости целого города покоятся здесь. Арагон не мог заставить себя ехать по ним.
До самых Великих гор ариец молчал как немой, на все вопросы, отвечая только злобным рыком и бешеными взглядами. Немного отпустило его, только когда отряд двинулся вдоль гор, быстро приближаясь к месту, называемому Кровавой пустыней. Арагон остался молчалив, но перестал рычать по поводу и без, да смотреть на них и мир вокруг, волком, причём волком голодным и несчастным.
Тиала, видя это всё, не сомневалась – как только им кто-то встретится, селение, замок, караван торговца, да что угодно, Арагон немедленно кинется в битву, душу отводить. Но ничего этого не случилось. Ариец, хотя и смотрел на встреченные селения с почти физически ощутимой ненавистью и злобой, но не проявил желания нападать на кого бы то ни было. Это было странно, но, тем не менее, Тиала осенила себя знаком Привы и мысленно высказала благодарность Милосердной Богине.
А спустя несколько дней, далеко на горизонте, рассветные лучи окрасили землю в насыщенный, красный цвет. Настолько яркий и живой, что казалось, будто за горизонтом пал некий титан и из его ран, хлынули потоки крови, собравшейся в огромное красное озеро.
Когда солнце поднялось выше, наваждение пропало, горизонт больше не сверкал кровавыми тонами, но красноватый цвет никуда не делся – огромная часть горизонта стала светло-красной.
-Кровавая пустыня. – Пояснил Арагон и для Тиалы стало очевидно почему у неё такое название – издалека и правда похоже на кровь. – Когда-то, там была битва, в которой гибли сотни тысяч. Их кровь пропитала землю, но её было так много, что она превратилась в песок. – Тиала мрачно хмурясь, покосилась на командира. Кхнек смотрел вперёд, и на его лице не было ничего кроме беспокойства.
Арагон не сказал больше ничего, но не сдержал странноватой ухмылки. Всё понятно – он просто пугает их, просто рассказывает сказки. Слава Приве, это всего лишь пустыня, у неё просто несколько необычный цвет песка, что наверняка, можно как-то объяснить…
Вскоре они подобрались так близко к пустыне, что можно было различить невысокие барханы, лучше рассмотреть сам песок. Отсюда, окружающая местность представала в довольно жутком контрасте. Слева и за спиной – зелёные равнины, совершенно безлюдные. Последнее селение скрылось за горизонтом ещё вчера. По какой-то причине, уже на таком солидном расстоянии от Кровавой пустыни, селиться люди не желали. Это явно неспроста, так что слова Арагона обретали всё более жуткое воплощение. Впрочем, пока ещё, это просто песок.
Высоченный горы по правую сторону от них, огромные, бесконечные, с заснеженными пиками, терявшимися в облаках, резко контрастировали с лежавшей впереди пустыней. Великие горы протянулись и туда, в жуткие пески, но даже отсюда было видно, что они не тянутся там слишком далеко. Великие горы, недостаточно велики, что б рискнуть продвинуться далеко в эту пустыню.
Всего час или около того, ушёл на то, что б оказаться на краю кровавых песков. Причём в буквальном смысле, на краю. Они остановили лошадей и несколько минут стояли на месте – командир, прищурив глаза, смотрел вдаль, пытаясь что-то там разглядеть. Тиала и Кхнек смотрели только вниз, на то, что начиналось в шаге от их лошадей.
