Поначалу, Логан воодушевился – понравилась ему эта идея, пришедшая от колдовского оружия, имевшего собственную волю и слишком своенравный характер. Впрочем, хоть какой-то прогресс с этим его своенравием – теперь меч не просто делает что-то, он делает лишь полшажочка и тут же останавливается, как бы спрашивая у Логана, хочет ли он, что б меч закончил начатое или нет? Такое поведение раздражает куда меньше, но речь не о том. Идея селян, что будут отбирать лучших, обучать их, а затем выставлять в бою против сынов Нара – не серьёзно это. Не получится из этого ничего. А, кроме того, он так и не сумел прийти к какому-то выводу, относительно всей этой затеи в целом.
Подобный подход к боевым походам, может быть позорным. Он пока не мог понять, почему и в каком конкретно месте спрятался позор, но подозревал, что где-то в этой идеи, всё же кроется нечто позорное для сынов Славного города Нара. В конце концов, Логан решил отложить эти размышления на будущее, когда Нар пройдёт своё последнее испытание, тогда всё и решится, а сейчас…
-Стой, - Логан поднял руку и монах замолчал. – Начни сначала. Я задумался и не слышал тебя.
Монах покраснел, словно его чем-то оскорбили, но, всё же, сделав усилие над собой, заговорил.
-Хорошо, я постараюсь говорить не столь пространно и более простым слогом, что бы ты понял меня, и чтобы этот разговор не отнял у нас слишком много времени.
Логан в ответ важно кивнул – давно бы так.
Монах пару секунд смотрел на короля, который выглядел вполне довольным и вроде как, теперь, внимательно слушает. Половина рыцарей, да что там – простых воинов, после его фразы немедленно рассердились бы, оставшаяся половина, оскорблено вздёрнув нос, покраснела бы от гнева. Ему бы указали, что не гоже так говорить с высокородными людьми, но на том бы и остановились – ругаться с валлийцами без ведома Императора, могло быть опасно для здоровья. А этот…, как будто Просвещённый сделал именно то, что от него хотел король Нара. Да, так и есть – во взгляде короля чувствуется лёгкий укор, как бы намекающий, что именно так и подобает говорить здесь. Сухо, коротко, по делу. Догадки монаха были верны и справедливы практически для всего Нара, за тем исключением, что важна была и ситуация в которой ведётся беседа. Если бы монах говорил о силе какого-либо воина или женщины, что казалась ему Алой, говорил бы сухо и коротко - за это ведь можно и в нюх получить, ибо такая речь, оскорбляют буквально всех мужчин. Но монахи уроженцы Катхена, поэтому они подпадали под исключение, как почти любые дикарские народы и женщины.
В общем, имелись нюансы, которых монах не мог знать, а узнав, просто не понял бы их смысла.
-Когда-то давно, Господь сошёл на землю лично. – Помолчал, посмотрел на скептическую ухмылку варвара, хлебавшего какое-то пойло из грязного кубка, своими немытыми руками – а как ещё? Ведь явный же дикарь! Но дело есть дело, к тому же, учитывая обстоятельства, возможно свершившееся и давно ожидаемое истинное Чудо, в общем, он должен довести дело до конца. Варвар услышит всё, что должен и если ничего не произойдёт – Господня сила коснётся мерзкого дикаря и определит дальнейшую судьбу его нетленной, вонючей, дикой и грешной души.
-Господь был чист и непорочен, нёс лишь добро, но, увы, ни к чему хорошему это не приводило, воплотившись в своём истинном теле, в полном могуществе, Господь был столь Велик, что люди стенали и молили его о спасении. Они шли огромными толпами, они бросали наделы и в жажде обрести спасение, погружались во грех всё сильнее и сильнее. – Монах выдержал паузу, трагичную, полную драматизма паузу, в которой и слепой бы понял всю боль, все страдания этого мира, когда…
-А что сделал каменный мужик? – Спросил король Нара.
-А? Что?
-Когда крестьяне перестали платить двадцатину, что сделал тот хитрый колдун, который прикидывался каменным мужиком?
Монах хмуро глянул на короля – на лице явное любопытство. Речь о Господе и Великом Горе, что принесло истинное Добро из непорочных дланей в сердца людские и речь о том, как это Великое Добро обратилось во Зло, из-за порочности и глупости людской – речь об этом шла.
Какие к Баргу каменные мужики и колдуны? Он про что вообще?
-Ладно, продолжай. – Разрешил король. – Хорошая сказка.
-Сказка??? – Возопил монах, впервые утратив самообладание - впервые за много лет.
Ариец кивнул, мол, ну, я так и сказал.
Дикарь с мечом у стола, в самом нищем тронном зале за всю историю Катхена, явно ждал продолжения истории, которая показалась ему забавной.
Проповедь, даже в ужатом варианте, явно потерпела фиаско. Увы, Баргова тьма в душе дикаря слишком сильна. Его душу уже не спасти…, если только, его душа уже не спасена. Нужно продолжать, если Чудо у границ валлийских, было Чудом, как только его речь закончится, Господь явит новое Чудо и всё станет ясно – и воля Его и инструмент воли Его. Не ясен будет лишь замысел, но на то он и Господень замысел, что он…
-Он обратил всех в рабство? Или убил?
-Кто?
-Колдун. Который каменным мужиком притворялся.
