В общем, колдовской кусок железа, больше про него и не скажешь. Как меч он себя вести не хочет, выкидывать бесполезно – обратно прилетает. Что поделаешь? Пришлось отказаться от заточки лезвия и острия. Ну, хоть свою злую магию, меч применяет крайне редко. А последний раз, словно бы даже понял, что сейчас в его магии не будет позора, не будет никакого унижения – ведь сражение шло против могущественного колдуна. Впрочем, тут не всё так однозначно. Он ведь король, возможно, применённая магия, всё же опозорила его душу. Тут нужно думать, тут не всё так очевидно.
С вином думается куда как легче, но кувшин пуст и эти трое стоят на пороге, да белые как снег, глаза круглые у них, большие. Логан сделал небрежный жест рукой, приглашая монахов направиться в дверной проём и как можно быстрее и как можно дальше отсюда. Стоят, не поняли.
-Я должен подумать. – Намекнул ариец.
-Ап. – Сказала Просвещённый, с болью и ужасом в глазах, глядя на короля Нара.
-Вон! – Рявкнул король, злобно хмуря брови. В тот же миг, перед глазами что-то сверкнуло, раздался грохот, а комната мгновенно провоняла озоном.
Монахов как ветром сдуло, а Логан покосился на меч – опять он за своё. В ответ пришла эмоция и что-то невнятное, как будто меч пытался что-то сказать. Эх…, негоже мечам эмоции испытывать, тем более разговаривать. Неправильно это.
Логан погрузился в новые думы тяжкие – не опозорит ли он себя, выдавая себя за каменного мужика Каила, как тот колдун, которого он убил? С одной стороны, это позор, ведь он припишет себе славу другого человека, да ещё и колдуна, да ещё и вымышленную. Какая у колдуна слава? Им не ведома ценность доброй стали и не понять им, что такое сильный. А уж самое простое доказательство силы, железно отправит колдуна в могилу.
С другой стороны, он ведь уже выдаёт себя за каменного мужика. И не первый год. Едва кончилась Святая война с прежними правителями Сабаса, да даже и раньше, как крестьяне начали строить статуи в его честь и что-то вроде малых храмов. Кое-где крестьяне даже молятся этим статуям и носят им жертвенные подношения – дикий народ, ни мозгов, ни собственного лица. Он не остановил их, не разрушил статуи, не снёс храмы. Он позволил приписать к его боевой славе, то, чего не было.
Но эти статуи, ставились ему, Логану из Арии, королю Славного города Тара, а теперь и Нара.
А тут – Каил. Каменный мужик, которого вообще никогда не существовало.
Это позор, явный и неприкрытый позор, от которого его душа никогда не оправится.
С другой стороны – видения, показанные мечом. Если это будет так и Валлия сможет вырастить достойных воинов, способных, хотя бы иногда, убивать сынов Нара, тогда его позор не будет таким сильным и когда придёт его время взойти на погребальный костёр, его душа не ошибётся с телом, найдёт то, что будет лучше всех.
Если это получится, если будет именно так, как в видениях…, а не как с этим драным Актионом, что б ему вороны заживо уши отклевали…
Но не это ли явное доказательство силы? Сумеет он справиться и направить их, дабы созданы были, те воины из видений или не сумеет? Сможет он доказать, что имел право на свой позор?
Доказательство силы будет принесено или смерть в попытке его принести?
Вопрос простой и выбор тоже.
Лишь слабый откажется принести доказательство своей силы.
Лишь сильный решится на это, доказав свою силу, своей славной смертью.
И лишь по-настоящему сильный, достойный, имеющий право на позор, вернётся с доказательством силы, вернётся живой и покрытый сиянием бесконечной боевой славы.
Логан решительно сжал зубы и кивнул сам себе – так будет, он сделает это.
Но прежде, будет осада Нара, будет последнее испытание, где доказательство силы принесёт возродившийся в теле Нара, дух Славного города Тара, когда-то давно павшего достойной славной смертью.
Логан принял решение и мысли ушли – в голове стало легко, а в душе всё трепетало, ему многое предстоит совершить и далеко не факт, что он выберется из всего этого живым.
Будущее доказательство силы, а, может быть, смерть в процессе этого самого доказательства, требовало как-то это дело закрепить. Посему, Логан принял волевое решение и двинулся по дворцу, в направлении комнаты, занятой целиком кувшинами с вином. В пути, а может после, прихватив вина, он найдёт пару рабынь посимпатичнее и хорошо проведёт время – а чем ещё заниматься воину, если рядом нет меча, что может его убить и нет того с кем мог бы он сразиться? На самом деле, есть чем – сила не волосы на голове, сама по себе не растёт. Воин должен тренироваться, регулярно и с полной отдачей. Но и отдыхать любой воин тоже должен. Так что всё в порядке, в этом позора нет…
