Но ему это нравилось. Он ощущал удовольствие от того, что теперь помнит буквально всё, да так ярко и отчётливо, как никогда прежде. Магия, отравившая его тело и душу, нравится ему, потому что сделала его сильнее. Магия. Не он сам, не его упорство и доблесть, а проклятая магия, поганых колдунов. Вот за что? Мало того, что его лишили самой доблестной смерти, какая у него могла бы быть, забрали у него возможность отправиться к новому, могучему телу и новым подвигам, к славе, какой он никогда не знал, так ещё и эти унизительные способности в довесок.
Память стала лучше, тело сильнее, реакция быстрее – что говорить? День пути позади. Весь день в седле. И что же? Он полон сил и хоть сейчас готов идти в бой. Спать не хочется вообще. Он понимает, что поспать должен и сколько себя помнил, умел спать тогда, когда нужно, а не тогда, когда хочется. Но теперь…, а может ему просто не нужно больше столько сна, сколько нужно было прежде?
Как бы там ни было, важно сейчас другое. Колдуна он найдёт и отрубит ему башку, но что бы его найти, к сожалению, как он понял за время пути, скорее всего, ему потребуется помощь другого колдуна. А такой есть только в Наре, точнее неизвестно где этот колдун вообще находится, но Домен может её вызвать…, Арагон поморщился от этой мысли.
Подруга Домена – мерзкая ведьма, отравленная магией насквозь. Странно, что она приносит пользу Нару. Не её заслуга конечно, не магии тем более – магия может нести только Зло. Всё дело в душе Тара, возродившегося в теле Нара. Именно это обстоятельство и делает магию Оталы полезной – Тар велик, его слава гремит в веках, на клинках сотен и тысяч его сынов…
Её видно даже отсюда. А ведь скакать ещё минимум целый день, а её видно.
Низкая серая тень на горизонте – Великая Стена Вестфаллии. Неодолимый барьер, забравший жизни сотен сынов Славного города Тара. Там им не пройти. Но есть другой путь – у северной части стены широкий пролив, по берегам коего стоят крепости и небольшие селения крестьян.
С одной стороны замки Вестфаллии, с другой - замки Северных королевств.
Там тоже немало сынов Тара полегло, но там они погибали славной смертью, погибали с честью и их тела они могли забрать, дабы предать их огню погребальных костров.
Своим спутникам он не рассказал, что их ждёт. Не стоит им пока это знать…, почему они так слепо следуют за ним? Командиром постоянно называют. Что-то здесь не так. Теперь вот задумались зачем-то. Или всё же погрузились в воспоминания и все их слова об утрате памяти, ложь? Может быть, они теперь служат колдуну? Тогда каковы их задачи?
Арагон проглотил прожёванный кусок и несколько расстроено покачал головой – он думает уже много долгих минут, а голова не болит. Даже лёгкой усталости и той нет.
Странно, очень странно изуродовал и унизил его этот поганый колдун…
Он задумался о том, что видел, пока добирался сюда.
Эта часть Вестфаллии представляла собой обширные, плодородные равнины, давно утратившие свой первозданный вид. Даже сложно сказать, каким он был, этот первозданный вид. Повсюду бесконечные поля и пастбища полные толстыми турами, гораздо больше похожими на нормальных туров, чем такая же живность Катхена. Однако характером они точь-в-точь туры с равнин империи Пиренеи или Сабаса. И все такие же разноцветные. Впрочем, серые и чёрные преобладали, как будто намекая, что они ещё недавно были дикими, злобными тварями, с жёстким мясом и отвратительным характером, коих прекрасно знал любой житель Арии.
Никаких хищников или диких животных, исключая птиц, Арагон в пути не заметил. Толи их давно вывели абсолютно всех, толи остались лишь мелкие представители фауны, которые никому особо не мешали и в основном прятались в густой траве.
По равнинам, среди полей и пастбищ, проложены удобные каменные дороги, которые Арагон старался избегать – неразумно с одной стороны. На этой дороге следов почти не остаётся, тогда как, на мягкой почве след от копыт прочтёт и слепой. С другой стороны, дороги Вестфаллии оказались весьма людным местом. Он же, скрипя сердцем и терзаясь муками душевными, пришёл к выводу, что пока Вестфаллия не останется позади, лучше не привлекать к себе излишнее внимание. Разум победил, и каждый час Арагон испытывал острый приступ стыда. Дороги полны не праздно шатавшимися оборванцами, хотя и такие персонажи там часто попадались. По этим дорогам двигались кареты с богатыми вельможами, гружёные добром или пустые телеги крестьян и торговцев, всадники всех мастей, от тех же крестьян, до знатных вельмож в золочёных доспехах.
