От содержимого книг сильно зависит и их цена. Читать Арагон не умел – этой бесполезной ерундой он никогда не увлекался. Как и большинство сынов Тара. Какой прок от закорючек на листе бумаги? Только продать как трофей. Ни пользы, ни смысла. До сих пор он не понимал, зачем Логан повелел боевые песни писать на стенах…, впрочем, стены это другое. Стены каменные. И большие, а с закорючками, если уж начистоту, они, почему-то, смотрелись более внушительно. Получается, закорючки, всё-таки, иногда полезны, а вот книги – он не понимал, а может, просто не хотел понимать.
Арагон открыл книгу. Пролистал пару страниц. Поворчал недоумённо, закрыл книгу, в пальцах повертел и снова открыл – ничего не изменилось. Чистые белые листы.
Странная книга. Разве книга может быть без закорючек или картинок? А чаще там и закорючки и картинки есть. А в этой вообще ничего. Странная какая-то книга.
-Книга? – Спросила Алая, подходя с боку.
-Да. – Ариец закрыл её и протянул девушке – она девушка, ей нормально глупостями заниматься.
-О… - Удивлённо молвила она, открыв книгу. Глаза бегают, пальцем водит по листку.
-Что?
-Схемы. – Ответила девушка, перелестнув страницу. – Много разных схем.
-Что такое «схемы»? – Не понял ариец и шагнул к девушке, протянул руку, она ему книгу обратно отдала. На него глянула растерянно и сказала.
-Не знаю. – В голосе послышались нотки грусти. – Но это что-то важное.
-Хм. – Ариец открыл книгу. На Алую посмотрел, снова в книгу.
Чистые белые листы. Ни картинок, ни закорючек.
Может дело в том, что он читать не умеет?
-Колдовство. – Заключил Арагон и решил книгу забрать с собой. – Веди лошадей, отправимся к ближайшему селению.
-Зачем?
-Нам нужен погребальный костёр и тот, кто купит доспехи. – Нахмурился и добавил. – Книгу возьмём с собой – в Наре она очистится. Потом покажу Отале. Или продам.
-Я не поняла. Поселение, костёр?
-Да. – Арагон двинулся обратно к Кхнеку, который уже наверняка умер. – В селениях есть дома, один возьмём себе – купим, погребение не должно прерваться новой битвой. Сожжём его вместе с домом. Это будет хороший погребальный костёр.
-Хм…, а если они не продадут?
-Тогда битва будет до погребения. – Без всякой паузы ответил Арагон.
Ариец присел возле тела Кхнека. Парень лежал бледный, неподвижный, дыхания нет.
-Кхнек мёртв. – Тихо проговорил прославленный арийский воитель.
-Я ещё живой. – Ответил Кхнек, открыв глаза. Ариец вздрогнул, но не отшатнулся. Протянул руку, сжал плечо парня и хмуро, почти сочувственно глядя в его глаза, кивнул ему.
-Всё хорошо воин, ты погиб в великой битве. Твой дух найдёт себе новое тело, лучше, чем…
-Но я не собираюсь умирать! – Ответил парень, чуть повернув голову. – Я восстанавливаюсь, я думал что умираю, но потом понял, что могу излечиться. А если сосредоточиться, то это можно сделать быстрее.
Ариец медленно поднялся и отвернулся, обратив свой взор к горизонту.
Если Кхнек такой, значит и он может сделать то же самое, излечиться от смертельных ран, от которых не мог бы излечиться сын Славного города, не мог бы излечиться достойный враг, прервавший его жизнь ударом меча.
Ариец тяжело вздохнул и покачал головой – маг мёртв, его злодеяние отмщено.
Но позор, увы, не был смыт. Магия навсегда врезалась в его плоть.
Колдовство отравило его дух и тело, и исправить уже ничего нельзя…
Как Радон мирится с этим? Как он это терпит?
Сыны Аргхана и первые мечи Ара!
За что?
***
Они шли пешком и уже давно. К сожалению, волов пришлось оставить буквально в первый же день пути – не всего пути, а в первый день, когда они вошли в лес. Громадные мускулистые животные с трудом протискивались между деревьями, цеплялись рогами за ветки и стволы, их мощные ноги регулярно проваливались в мягкую почву, застревали в буреломе или в мелких норах и рытвинах.
В какой-то момент, вол Домена провалился так основательно, что рухнул на передние ноги и врезался головой в поваленное дерево.
Ариец никуда не врезался – с гневным рёвом, он улетел через голову вола, кубарем прокатился по земле и растянулся ничком в подлеске.
Ничего не поделаешь – на волах, да, наверное, и на лошадях, здесь пройти было крайне сложно, а может и вовсе невозможно. Рискуя потерять своих скакунов окончательно, арийцы оставили их одних и двинулись дальше, вглубь леса, пешком.
