Несмотря на непрекращающийся обстрел, в котором теперь также участвовали 75-мм горные гаубицы, иностранные легионеры провели еще одну операцию в системе траншей Вьетминя к западу от ОП «Изабель» в разгар муссонного шторма. На этот раз, однако, они напали на подготовленного и ожидающего их врага. Когда легионеры наконец поздно ночью отступили, они потеряли двоих убитыми и тридцать ранеными, включая двух своих офицеров. В тот же день преподобный Тиссо был ранен осколками снаряда коммунистов. 5 мая Лаланд получил совершенно секретное сообщение, информирующего его о предполагаемой операции по прорыву под кодовым названием «Альбатрос». Как будет видно позже, план предусматривал прорыв на юг, в Лаос, через ОП «Изабель», причем последнему пришлось бы в течение нескольких часов играть незавидную роль удерживающей позиции и арьергарда. Позже мне сказали, что Лаланд чувствовал, что сообщение плана войскам, или даже своим подчиненным командирам, может иметь деморализующий эффект. Он решил пока держать его при себе, в результате чего, когда он и его собственные части были оставлены, чтобы провести «Альбатрос» самостоятельно, им пришлось сделать это без какой-либо подготовки.
6 мая «Изабель» исчез под постоянным облаком взрывающейся грязи. Батареи коммунистов, намереваясь нейтрализовать ту последнюю помощь, которую гаубицы Либье могли оказать основной позиции, поддерживали непрерывный обстрел всего опорного пункта. «Вьем» стал ничейной землей, но гарнизон «Изабель» мог немного гордиться тем фактом, что до конца ни одному подразделению Вьетминя так и не удалось надолго удержать хотя бы клочок территории опорного пункта. В 22.00 череда тяжелых взрывов расколола ОП «Изабель», когда снаряды коммунистов нашли свою цель, и три из оставшихся 105-мм были уничтожены вместе с боеприпасами и расчетами. К полуночи на позиции оставалась только одна, последняя гаубица. Третий дивизион 10 колониального артиллерийского полка выполнил свой долг до конца.
Пятница, 7 мая 1954 года
В течение всей ночи с 6 на 7 мая не прекращался вражеский артиллерийский обстрел «Изабель». Слушая радиопереговоры, на ОП «Изабель» поняли, что Дьенбьенфу умирает. К полудню 7 мая Лаланд и его люди могли наблюдать взрывы и пожары на складах в Дьенбьенфу, а около четырех часов Лаланд получил вызов по рации от де Кастра. Поскольку Лаланд служил в войсках «Свободной Франции» вместе с британской восьмой армией в Египте, оба человека могли легко разговаривать на английском для большей секретности.
Де Кастр сказал Лаланду:
- Боюсь, мне придется сдаться. Теперь вы можете попытаться провести «Альбатрос».
Де Кастр также сказал Лаланду, что вместо того, чтобы пытаться прорваться на юго-запад, что, по-видимому, было кратчайшим расстоянием до дружественных войск, но где их, скорее всего, будут ждать блок-посты коммунистов, войска Лаланда должны попытаться прорваться на юго-восток. Поскольку это направление вело вглубь вражеской территории, оно вероятно, не так хорошо охранялось. Кроме того, небольшие группы коммандос и горцев из GCMA, действующие далеко впереди спасательного отряда «Кондор» полковника Буше де Кревкера, осторожно продвигались по самому краю южной оконечности долины. Очень осторожно их радиопередатчик установил контакт с командным каналом «Изабель», и теперь, когда кольцо осады коммунистов стало герметичным, Лаланд приказал лейтенанту Вьему и его партизанам тай, вернуться к своей традиционной роли и попытаться прорваться в направлении отряда французских коммандос под кодовым названием «Кондор». Со своего наблюдательного пункта на высотах близ Бан Кан, отряд коммандос мог совершенно ясно видеть ОП «Изабель».
Как позже скажет один из выживших в одиноком южном опорном пункте, оборона «Изабель» была «адом в очень маленьком месте».
Глава 9. «Гриф», «Кондор» и «Альбатрос»
Агония Дьенбьенфу должна была стать объектом международных разногласий между Францией, Соединенными Штатами и Великобританией, последствия которых все еще дают о себе знать более десяти лет спустя. Со стороны коммунистов, Дьенбьенфу представляет собой тот вид военной победы, которая имеет широкий политический эффект. На Западе, Дьенбьенфу представляет собой для французов крайнюю степень американской нерешительности и британской черствости. В Соединенных Штатах, которые в 1966 году глубоко привержены обеспечению выживания Республики Южного Вьетнама (Республика Вьетнам — прим. перев.), призрак Дьенбьенфу все еще преследует умы военных и политических планировщиков. Что по сей день остается важным, так это эпизод, который привел к провалу действий союзников по предотвращению поражения Франции при Дьенбьенфу. Здесь действия Америки во Вьетнаме после преднамеренной бомбардировки территории Северного Вьетнама 8 февраля 1965 года, красноречиво показывают, что некоторые выводы из предыдущего опыта были сделаны.
