По мнению Робинсона, приложения, ограничивающие или акцентирующие внимание на одном уровне за счет другого, как правило, не работают как кооперативные системы. Однако его утверждение о том, что плохие системы не поддерживают двухуровневый язык, противоречит анализу Сучмана (1987), который можно рассматривать как предположение о том, что двухуровневый язык всегда является характерной чертой любого человеко-машинного взаимодействия. В ее анализе пользователи экспертных систем участвуют в процессе взаимной интерпретации смысла, то есть используют инструкции для понимания среды, а среду - для понимания инструкций. Можно сказать, что двухуровневый язык - это игра между формализмом и неформализмом, или операционализация формализма.
В этом смысле поучителен и опыт одной из наиболее известных систем CSCW - Coordinator. Успех или неудача этой системы как пространства для совместной работы зависели от того, как формализмы, предлагаемые системой, интерпретировались в рамках преобладающих организационных норм. Там, где преобладала сильная атмосфера сотрудничества, Coordinator служил полезным инструментом для совместной работы, однако в иерархических организациях эта система, которую некоторые все же считали полезным инструментом, функционировала как система управленческих команд и контроля.
Исследование Нарди и Миллера (Nardi and Miller, 1990) предлагает дополнительную поддержку мнения о том, что формализмы невольно воплощают в себе коммуникативные или разговорные свойства. В ходе этнографического изучения использования электронных таблиц в организациях авторы обнаружили, что решение задач распределяется между пользователями с различными навыками и интересами, и пришли к выводу, что программное обеспечение не ограничивается одним пользователем, а служит для представления и распространения организационных знаний.
5. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Таким образом, напрашивается вывод, что двухуровневый язык распространен повсеместно, и именно его различное функционирование, а не наличие или отсутствие, определяет использование системы. Иногда между этими двумя семиотическими полями естественно возникает состояние напряженности, поскольку их пересечение может быть местом противоречия и борьбы за смысл. Такое состояние наиболее вероятно в периоды перемен. Информационным системам приходится действовать на этом перекрестке, парадоксальным образом пытаясь сбалансировать изменения, подразумеваемые в процессе разработки, с императивами структуры и порядка. Как считает Аргирис (Argyris, 1987), противоречия являются неотъемлемой частью этого процесса.
Во многих исследованиях источник этого противоречия усматривается в том, что в методологии ИБ акцент делается на формализме в ущерб неформальной сфере, необходимой для ее поддержания (например, Boland and Hirschheim, 1987; Preston, 1991). Однако, хотя это и верно, существует и такой момент, когда формальное и неформальное постоянно подрывают друг друга. Акцентирование синхронического аспекта репрезентации в императиве создания структуры и построения синтаксических конструкций, особенно компьютерных инстанцированных репрезентаций, может быть достигнуто только путем подавления или приостановки темпорального, или диахронического, аспекта репрезентации (о том, как когнитивная наука достигает этой редукции, см. Bowers, 1991). С другой стороны, репрезентативное и символическое развитие не заканчивается закреплением знаний в канонических правилах или аксиоматических системах (Sinha, 1988).
Скорее, они являются основой для последующего развития, в котором правила и аксиомы систематически нарушаются, путем символических и субститутивных операций или в процессе построения целеориентированной деятельности. Эта способность к размыканию синхронической функции имеет решающее значение для изменения языка, способности "выходить за пределы данной информации", порождения новых отношений "средство - конец" и является общей для большинства видов деятельности, ориентированных на решение проблем.
РАЗРАБОТКА ИНФОРМАЦИОННЫХ СИСТЕМ
Методы, моделирование и метафоры в объектно-ориентированном мире
1. ВВЕДЕНИЕ
Говоря о здравом смысле подхода к объектной ориентации (0-0) и необходимости более точного отражения реальности, мы создали "соломенного человека", который опирается на ряд серьезных и сомнительных предположений. В данной статье мы рассматриваем предположение о том, что хорошая объектная модель - это та, которая отражает реальность. Мы утверждаем, что противоположная точка зрения, согласно которой объектные модели могут быть использованы для создания социальной реальности, более не имеет смысла.
2. ОБЪЕКТИВИЗМ И СУБЪЕКТИВИЗМ
