— Каждая женщина бережет свою красоту как умеет. Даже мертвая, — задумчиво протянул он и взмахнул мечом с невероятной силой. Кусты рассыпались на пучки розг. Удар за ударом, исполненные невероятного бешенства, и вместо зарослей появилась тропинка. Буся выбрала магией острые пеньки прутиков из земли.
— Прикажу посадить розы, эффект точно такой же, враг не пройдет, но хотя бы красиво будет.
— И виноград, чтобы оплел стену. Я думаю, замку это понравится.
— Лучше вьюнок, он цветет очень красиво и долго. Я покажу, где можно стащить ростки.
— Купить?
— Глупость какая! Ворованные отростки приживаются значительно лучше, неужели не знаешь? И только попробуй за них заплатить!
Ворота в замковый двор оказались распахнутыми настежь, стражников нигде нет. Вся площадь усыпана осколками моего саркофага. Цветы валяются неприкаянными, лепестки с них давно разлетелись.
— Даже не прибрались, ну что за свинство! Так, я пожалуй, на кухню, а ты иди, успокой няньку своей малышки.
— Где она?
— Сразу за моей каморкой замок организовал потайную комнату. Я оставила там и малышку, и девушку, и твоего фамильяра.
Буся испарилась, будто бы ее и не было рядом со мной. Одной так непривычно здесь и даже чуточку страшно, ведь со своим даром я ещё не до конца справляюсь, мало ли как он себя поведет. Смешно, битву выиграла, а без няньки съёжилась, будто ребенок. Но все равно нужно спешить к моей маленькой девочке, теперь ее здесь никто не рискнёт обидеть.
Впервые я вхожу в двери своего замка настоящей хозяйкой, неловкость исчезла, будто бы ее и не было минуту назад. В замке светло, пахнет мебельной полиролью, чуточку воском, на стенах висят картины зверей.
Следом за мной громыхает доспехами сильный мужчина, идёт робко, стараясь примерить свой шаг к моему, слышу его громкое, частое дыхание. Будто бы лев попал в западню и принюхивается, отчаянно боясь оступиться, отстать от той, в чьи руки попал.
Так, об этом я пока думать не буду, а то ещё стану жалеть. Ну уж нет. Сам пришел ко мне в гости с отрядом, честное слово, я его к себе не звала. И объявление не подавала: "Сильный знатный мужчина, возьмите меня в осаду. Замок идёт в комплекте".
— Кстати, а почему вы напали именно сейчас, когда я "умерла"?
За спиной вновь сбилось его дыхание, лязгнул у пояса меч.
— То есть вы признаете свою смерть? — хоть бы не зарезал с испуга! Но нет, вроде идёт дальше.
— Я ничего я не признаю. Отвечайте.
— Всякий мужчина становится слаб, когда остаётся один, без жены. Без той крепости за спиной, во имя которой он совершает победы. Ваш муж должен был стать лёгким трофеем для моего меча. Я ждал этого.
— Что ж, спасибо, что помогли.
— Вы благодарите меня за вдовство? — не удержалась и наконец обернулась. Он замер, широко распахнув глаза, даже рукоять меча выпустил из своих пальцев.
— Мне бы ещё с остальными мужьями поскорей разобраться, но чтобы без крови.
— С остальными? — вскипел было он и тут же потупил глаза, — Сколько же их, этих несчастных?
— Всего двое осталось. Я не специально вышла замуж ещё несколько раз. Все произошло совершенно случайно. Я потом расскажу.
— Обитель порока. Во мне самом течет эльфийская кровь, я отвержен всеми. Всегда был отвержен. Но не позволил себе дойти до такого. Лучше уж быть одному, чем в браке с тем, кого не можешь вполне уважать, разве нет? Ведь брак заключают для того, чтоб беречь друг друга и почитать. Но разве можно вот так?
— Нам стоит спешить, но в целом я с вами согласна.
— С тобой. Мой титул остался на поле боя, госпожа. Я теперь раб.
— Сам виноват.
— Не поспоришь. Но такого поворота судьбы я не мог ожидать, дочь Морриган, переступившая смерть. Представляю, какое смятение охватило мои земли теперь. Ведь ни один вельможа не рискнёт вам перечить. Но и присягнуть на верность мертвой баронессе... Что ж, если я доживу до дня принесения клятв, на лица моих бывших вельмож будет даже смешно посмотреть. Как бы не попадали в обморок.
— Вы опять решили умереть? Не надоело?
Я прибавила шаг. Слуги прячутся, словно мыши снуют по своим норкам, стоит им увидеть хоть кромочку моего платья. Дверь покоев оказалась распахнута настежь. Вещи, благо, не тронуты и столик мой цел. Прекрасные серьги все так же лежат, как я их сама и оставила.
— Можешь сесть в кресло, хотя нет. Доспех обдерёт обивку. Ну тогда на сундук под окном. Только аккуратно, чтобы не поцарапать ножнами.
— Благодарю, хозяйка, — тряхнул гривой волос красавец и прозвякал к моему сундуку. Я сбросила, наконец, туфли и босиком побежала в комнату Буси. Дверь в коридор замкнута на ключ, он и торчит наружу из скважины. Еле провернула, неужели сломался замок. Толкнула плечом дверь. Как же здесь сыро и плесенью пахнет. Ребенку в таких коридорах точно не место. Вот и заветная дверь. Потаенная, незаметная, почти слившаяся цветом и фактурой с камнями стены. Уцепилась за ручку, что есть силы дернула ее на себя.
Моя служанка стоит, крепко прижав малышку к собственной груди. Перед ней на полу улеглась сияя рогами, пушистая небольшая коза. Фамильяр растянулся на полке, свесив вниз длинный хвост.