— Не убей никого, зайчонок. Я тебя потом утешать не буду.
Ева
Налет цивилизации оказался удивительно тонок, наружу рвется, сминая устои и догмы, моя дикая суть. Та, что так долго пылилась под рухлядью хорошего тона, под жизненной необходимостью никого не обидеть, всем уступить, уберечь от огорчения тех, кто не ценит и никогда не ценил моих усилий.
Гарпией взлетаю на крепостную стену, стражи сыплются словно горох в знакомый им по ночи стог сена. Ворон реет в небе, и мои волосы тоже взлетают вверх, подъятые неведомой силой.
Там, внизу, под стеной чертят мечами на земле круг. В него входят двое мужчин. Нет на них лат, нет щитов, в руках остались только короткие клинки поясных ножей. В одном из двоих я с невероятным трудом узнаю барона. Он вмиг изменился, куда только подевалась вся спесь, вся его надменность. Нет ничего, осталось позади, там, где было ему безопасно.
Второй мужчина необычайно красив. Гордый взгляд, широкие плечи, полотно белой рубашки обтягивает фигуру, острый взгляд ни на миг не сдвигается в сторону от врага.
Жадный огонь вливается в ложбину, образовавшую круг. Он ласковым синим языком пожирает землю, сухую землю, пригибается к ней, не смеет прорваться наружу, разорвать круг.
— К бою! — кричит незнакомый мне голос, и глаза, наконец, поднимаются на огромное иноземное войско врагов. Сияние лат способно затмить наше летнее солнце, взгляды мужчин устремлены вверх, на меня. Это странно, нет, даже дико. Кто я такая, чтоб на меня смотрели вот так, глазами, полными восхищения.
Взлетает вверх клинок Малтока, барон уворачивается от него, спешит нанести ответный удар и вдруг замечает меня на стене. Проворный клинок полукровки не даёт герцогу ошибиться. Малток наносит второй удар, и он оказывается смертельным. Барон падает на землю. Малток ликует, не замечая смятения позади себя, в своем собственном войске. Гаснет круг.
И мне нужно спуститься, просто чтобы сказать «спасибо» герцогу за то, что сделал вдовой. И объяснить, кому достанется замок.
— И где лестница вниз?
Замковая стена дрогнула, заискрила, с нее сорвалось несколько мелких камушков. Малток наконец вскинул вверх голову, изумился, чуть дернулся. Камни со скрежетом покатились вниз. Мужчина не дрогнул. Не отступил, не посмел сбежать от этой лавины.
Первый валун остановился, чуть не коснувшись его сапога. Кругом пыль, в крепостной стене лаз, перед ним застыло войско врагов, я чуть не убила незнакомого человека. На секунду во мне проснулся стыд, чтобы снова исчезнуть.
— Иди, хозяйка, спускайся. Я не дам тебя тронуть, — шепчет мне замок. Спуститься? Должна спуститься и спущусь.
Туфелька непривычно скользит по серым камням, мне неудобно спускаться с такой высоты без перил. Вдруг под правой рукой щетиной вырастают поручни. Неудобные, но держаться за них все же можно. Да и спуск не такой уж крутой, похож на ступени.
Шаг за шагом я иду на встречу с врагом. И нет, мне не страшно. Есть позади стена или нет, я ничего своего не уступлю. Вот только как мне с ними договориться? Как заболтать Малтока? Предложить сразится с другим родовитым мужчиной? Но где я его здесь возьму? Пригрозить магией? Но как это сделать? Ведь колдовать я пока не научилась. Каблуки отбивают такт по серым камням. Я спустилась и, наконец, подняла голову, оторвала взгляд от ступеней.
Герцог стоит чуть поодаль от меня, смотрит изумленными глазами. Они у мужчины цвета зелёной листвы, в таких и утонуть можно, был бы передо мной сейчас друг, ну хотя бы не враг.
Шагаю вперёд, стараясь не смотреть под ноги, не видеть барона, его крови на серой земле. Ни к чему это. Я должна сохранить ледяную маску хозяйки, той ведьмы, которой нельзя перечить. Иначе нельзя.
Смотрю в зелень вражеских глаз и подхожу ближе. Синим пламенем разгорается круг. Что это значит, не понимаю. Просто иду вперёд. Мне нужно поговорить с этим мужчиной.
— Благодарю вас, — за что? Вот за что я собралась сказать ему «спасибо»? За то, что вы грохнули моего мужа? Как объяснюсь? Я и сама давно собиралась, да было неудобно? Боялась слухов? Нет, была занята. То я в гостях, то он в походе? Неуместная улыбка скользнула на губах. Я ведь до сих пор не могу до конца осознать себя здесь и сейчас. Все происходящее кажется мне сказочным сном.
— Изыди! — побелело лицо мужчины. Даже как-то обидно. Я что, какая-то тварь, нечисть? Ещё один раскомандовался. Нахал. Малток вскинул руку вперёд, растопырив пальцы, обтянутые перчаткой.
— Я – Глория, вдова барона и хочу с вами поговорить. Ведите себя соответствующим образом перед дамой.
— Вы умерли третьего дня, — шагнул он назад.
— И что? Это что-то меняет? — и ещё один шаг назад сделал этот наглец, — Вам не уйти от разговора со мной, — двинулась я вперёд и чуть оступилась. Нет, ну что за идиотский день? Я определенно бью все рекорды собственной неудачливости. От туфельки отлетела подошва. Вот кто догадался слюнявить мою обувь? Идиотизм. Лучше бы цветы приносили в знак уважения. В горшках и ставили их в сторонке. Пользы бы точно было намного больше.