Поднимаю глаза и отчётливо вижу свои собственные окна. Даже считать этажи не пришлось. Из них наружу вылетают языки пламени. Зачем тогда лестница, ведь ее не дотянут, слишком большая высота. Да и дома никого нет. Только... Олег!!! Он ведь уже мог вернуться с работы.
Как бы я на него ни злилась, как бы ни ругала, но ведь он мне родной, близкий. Самый близкий человек, если не считать Буси.
Что делать? Как спасать? Как узнать, где мой муж?
Бросилась к подъезду со всех ног. Тут уже перекрыто, людей внутрь дома попросту не пускают.
Различаю силуэт высокого человека. Он борется с пожарным за возможность попасть в дом. С трудом в непривычно высоком голосе узнаю голос мужа.
— Там моя жена! Пропустите! Она наверняка вернулась домой.
— Мы делаем все возможное, отойдите, — сдерживает моего великана щуплый с виду пожарный. Сколько же в нем на самом деле сил, если Олег не может прорваться!
— И зачем только я купил эту квартиру! Думал, под облаками воздух чище. Пустите! Я хочу убедиться!
— Олег! — кричу я ему в спину, — Все хорошо.
Муж оборачивается. Бордовые щеки у меня на глазах становятся белыми. Смотрит, как на привидение и почти тут же сжимает в крепких объятиях. Воздуха мне теперь действительно не хватает. Прижал, так прижал. Влажная рубашка мужа щекочет нос невыносимо родным запахом. Нечто выворачивается первым, недокоту здесь совсем мало места. Царапучая лапа наносит лёгкий удар по хлопковой особо любимой рубашке мужа. На секунду мне чудится ярость в глазах супруга. Но только лишь на секунду, наверное, то отблеск несбывшейся беды.
— Наш котик тоже спасся! Как повезло. Любимая, где же ты была? Я думал, ты уже давно дома. Ева, я так испугался, — сыплются холодные поцелуи на мои щеки. Только здесь и сейчас я понимаю, что не люблю. Не люблю больше. Выжгли душу и сердце его придирки и мои подозрения. Хватит. Будет развод. Только как об этом сказать ему? Ведь Олег так счастлив, так крепко держит меня в своих лапищах. Будто понимает, что птичка открыла клетку и собирается улететь.
— Я с подругой ездила за город. Там связи не было. Прости.
— Главное, что ты жива и рядом со мной. Я, конечно, знатно понервничать, но не думаю, что это существенно для тебя.
— Ты сам часто остаёшься без связи в командировках.
— Я заранее об этом предупреждаю. Ну, да ладно. Просто тебя сегодня вечером видела в доме консьержка. Это она вызывала пожарных. Ты, наверное, забыла выключить плиту?
— Я вернулась только сейчас.
— Думаю, ты поставила чайник, вышла в магазин. И теперь боишься сознаться в том, что натворила, верно? Консьержка просто не заметила, как ты выходила из дома.
— Я не поднималась в квартиру, Олег!
— Со всеми бывает, не бойся. Главное, что я успел застраховать все ценности от пожара. Надо решать, куда поедем сейчас.
— Я поживу у подруги пару дней, пока квартиру не приведут в порядок. Горит только наша?
— Да, огонь удалось удержать, как мне отсюда кажется. Соседям за ремонт платить не придется почти ничего. Себе номер я уже забронировал. Сейчас уточню, чтобы перенесли бронь на двойной номер.
— Олег, ты меня не слышишь? Я поживу у подруги. А потом мы разведемся.
— Дамские нервы до добра не доводят. Как же я сразу не договорился позаботиться о жене. Мы срочно едем в больницу.
— Зачем? Я стою здесь, а горит там. Я даже дыма не надышалась!
— К психологу. Ты несёшь бред. Я все понимаю, ведь в доме горят твои любимые вещи.
Не стала говорить, что мои любимые вещи не вписались в интерьер новой квартиры, и я оставила их в квартире отца. Просто вывернула руку и направилась к пожарной машине, чтобы и в этом мире объявить себя живой.
— Ева, нам нужно ехать. Ева, куда ты! Стой!
Глаза мужа пылают яростью. Не привык к явному бунту. До этого я просто молчала и молча поступала по-своему.
— Отстань! — вскидываю я руку. Магия привычным теплом отделяется от моего тела и ударяет супругу в грудь. Хорошо, что он носит хлопковые рубашки. Эта даже не загорелась. Была бы синтетика, наверняка бы оплавилась.
Олег в замешательстве ощупывает себя руками. Я, вместо того, чтоб извиниться, усиленно делаю вид, что ничего не случилось.
— Что это было?
— Не знаю, — говорю ему и разворачиваюсь к пожарному, — Я из той квартиры. Больше в доме никого нет.
— Паспорт? Прописка?
— Вот, держите.
— Моя жена не в себе. Можно вызвать скорую помощь?
— Так вон стоит машина. Подойдите и договоритесь, чтоб осмотрели. Но я думаю, ничего серьезного нет. Стресс пройдет со временем.
— Я сейчас. Любимая, подожди меня здесь. Задержите ее, если что, — быстрым шагом уходит Олег к машине скорой помощи. И как я могла его любить? Вот же дура.
— Простите, но мне очевидно пора, — выхватила из рук у мужчины свой паспорт.
— Бросаете мужа? Напрасно. Ему поддержка нужна.
Пусть думают обо мне, что хотят, нырнула обратно в подворотню. Проспект забит машинами до отказа. Вызвать такси? Ждать ведь придется. Да и куда ехать, не ясно. От остановки почти тронулся старый троллейбус. Уже начали смыкаться гармошки дверей. Запрыгнула в самый последний момент.