— Ладно, — похлопав по карманам, кладу на стол ксиву, табельное и ключ от сейфа, шагаю к СБшнику. — Наручники будут?
— А в этом есть необходимость?
— Нет, — сверлю взглядом нашего начальника.
Стас спокоен как удав, ни один мускул не дергается на его лице. Это придает уверенности. Волков своих не бросает.
— Я разберусь, Шаман. Глупостей не делай, — просит он. — И Максу все объясню, он Маше позвонит. Поздравляю, кстати. Вернешься, отметим.
— Это вряд ли, — тихо комментирует СБшник. — Если только лет через десять.
Глава 35 Мария*
Без мужа дома становится тоскливо. Прохожусь по квартире, придирчиво рассматривая свое новое жилище и мысленно отмечаю, что нужно изменить, чтобы стало уютнее. Мне все очень нравится, каждый сантиметр пропитан любимым мужчиной и одновременно хочется добавить частичку себя.
Улыбаясь своим мыслям, возвращаюсь на кухню и включаю чайник. Пока пью кофе, заказываю доставку и ухожу в душ. Раскладываю продукты по полкам и думаю, что приготовить, чтобы порадовать Шамана. На обед уже вряд ли успею, но может на ужин? Не знаю, что он любит, может позвонить ему и спросить?
Так и поступаю. Набираю, но Дан не берет трубку. Ну вот, занят, наверное. Перезвонит, когда освободится. Придется готовить на свое усмотрение. Чищу овощи и кошусь на телефон. Не перезванивает. Тревожно мне как-то. Не по себе. Может что-то случилось? А может я сама себя накручиваю? Макс тоже иногда пропадает, когда они на выезде или каком-то задании. Но я все же нервничаю.
Ругаю себя за паникерство, но все же сдаюсь и звоню Иве. Она убеждает, что все хорошо. Макс в отделе, недавно ей звонил. Шам тоже где-то там. Наверное. Не сильно оптимистично, но хоть так. Немного успокаиваюсь, но все же не могу расслабиться. Выключаю наш с Данияром ужин и отхожу к окну. Обнимаю себя руками, как делает это муж и смотрю куда-то вдаль. Мысли быстро утекают к нашему утру и его словам: «Запомни, на чем остановилась. Вечером приду, продолжишь.» Щеки невольно вспыхивают от смущения, а по коже разбегаются мурашки. Решусь ли я еще раз на такое близкое знакомство?
Вздрагиваю от дверного звонка и иду в коридор. Мимо с громким лаем проносится Буся и смотрит на замочную скважину, виляя хвостом. Смотрю в глазок. Макс. Макс? Открываю брату.
— Привет, сестренка, — он улыбается, но глаза остаются серьезными и это как-то напрягает.
— Что произошло? — веду плечами, скидывая неприятное ощущение. — Где Данияр?
— Я пройду? — вопросом на вопрос отвечает Макс.
— Конечно, — пропускаю в квартиру и закрываю за ним дверь. — Обедать будешь?
— Нет аппетита. Кофе выпью, — разувается, треплет Бусю между ушами и проходит на кухню.
Следую за ним. Нехорошее предчувствие ощущается все отчетливее и отдает тяжестью в груди. Ставлю чайник и достаю из сушки кружку. Брат все еще молчит, а я только раздражаюсь сильнее.
— Да что случилось-то? — психую, не желая больше ждать. — С Шаманом что-то?
— Да, — сухо говорит брат. — Он арестован.
— Как... — кружка от неожиданности вырывается из рук, падает на пол и разбивается. А я не замечаю ничего. — Почему?
— Обвинение еще не предъявили... — уклончиво отвечает Макс. — Но я догадываюсь, кто поспособствовал...
Несколько раз моргаю, докручивая его мысль и тоже мгновенно нахожу виновного.
— Отец, — сердито хмурюсь я. — Он приходил вчера. Угрожал.
— Да, я сразу так и понял, — кивает брат. — Позвонишь ему?
— Конечно.
Подсаживаюсь к столу, достаю мобильный и набираю номер отца.
— Громкую включи, — подсказывает Макс.
Киваю и выполняю. Длинные гудки заполняют пространство вокруг и заставляют нервничать еще сильнее.
— Генерал Трофимов, — равнодушно и обыденно. Словно и не он засадил невиновного человека за решетку.
— Папа, как ты мог! — возмущенно вскрикиваю я. — За что?
Брат накрывает мою руку своей, пытаясь успокоить и немного снизить градус, но бесполезно. Во мне все полыхает от злости и несправедливости.
— О чем ты? — отец старательно делает вид, что ничего не знает.
— Прекрати! — рявкаю несдержанно. — Я прекрасно знаю, что из-за тебя мой муж арестован!
— Твой муж арестован лишь потому, что преступил закон, — хмыкает родитель. — Он преступник, Маша.
Вскакиваю на ноги и стискиваю кулаки так, что ногти впиваются в кожу ладоней.
— Отпусти его немедленно! — топаю ногой, словно это может помочь.
— Разведешься — отпущу, — голос ровный и абсолютно безэмоциональный, словно мы обсуждаем погоду, а не судьбу Данияра. — А нет, лет на десять сядет...
— Какое же ты чудовище! — выплескиваю все, что кипит в душе. — Я ненавижу тебя, слышишь? Ненавижу!
— Ты еще молодая и глупая, а он сильно охреневший тип, — снисходительно, как с неразумным ребенком. Как и всегда, собственно. — Перебесишься и забудешь.
Набираю в легкие побольше воздуха, чтобы высказать родителю все, что накопилось, но Макс сбрасывает звонок и блокирует телефон. Качаю головой и просто сдуваюсь. Опускаюсь обратно на стул и смотрю на свои сжатые в замок руки.
— Его правда могут посадить? — голос предательски срывается. — Он же невиновен ни в чем...