I 1. О разрушительных последствиях восстания против Ван Бюрена и вопроса об аннексии Техаса см. в особенности James C. N. Paul, Rift in the Democracy (Philadelphia, 1951). Также Чарльз М. Уилтс, Джон К. Кэлхун, секционалист (Индианаполис, 1951), стр. 60-186; Джастин Х. Смит, Аннексия Техаса (Нью-Йорк, 1911), стр. 234-257; Джеймс П. Шентон, Роберт Джон Уокер: A Politician from Jackson to Lincoln (New York, 1961), pp. 22-50; Foner, "Wilmot Proviso Revisited", pp. 267-273. В конечном счете, правило двух третей было доктриной Кэлхуна о совпадающем большинстве, применяемой в Демократической партии, и оно объясняло своеобразные отношения между Югом и Демократической партией не только в добеллумскую эпоху, но и до администрации Франклина Рузвельта, когда лидеры Юга, временно забыв о своем историческом статусе меньшинства, позволили его отменить. См. David M. Potter, The South and the Concurrent Majority (Baton Rouge, 1972).
ревности. С неискренним заявлением о том, что обе территории уже по праву принадлежат Соединенным Штатам, платформа призывала к "повторной оккупации Орегона и повторной аннексии Техаса - всей территории Орегона". Баллотируясь на этой платформе, Полк получил близкое, но решающее большинство голосов в каждом штате нижнего Юга, победил во всех штатах Северо-Запада, кроме Огайо, а также выиграл Мэн, Нью-Гэмпшир, Нью-Йорк и Пенсильванию, таким образом, получив президентское кресло с хорошо распределенной поддержкой по двум направлениям.
Орегонскому вопросу не уделялось особого внимания в этой кампании, а использование агрессивного лозунга "Пятьдесят четыре сорок или сражайся", который многие историки приписывают этой кампании, на самом деле появилось позже.9 Но у северных демократов были все основания ожидать, что Полк будет настаивать на свободной территории в Орегоне так же энергично, как и на рабской территории в Техасе. Однако по мере развития событий они увидели, что претензии на весь Орегон отошли на второй план, в то время как в феврале 1845 года было проведено голосование об аннексии Техаса, в январе 1846 года войска были отправлены на самый дальний край спорной зоны между реками Нуэсес и Рио-Гранде, а в мае была объявлена война с Мексикой. Они поддержали эти шаги с большой солидарностью, но в июне Полк представил Сенату договор о разделе страны Орегон примерно поровну между Великобританией и Соединенными Штатами, вдоль 49-й параллели. В этот момент сдерживаемое негодование северных демократов вырвалось наружу в виде потока горьких обвинений. "Техас и Орегон родились в один и тот же миг, их выхаживали и лелеяли в одной и той же колыбели - на Балтиморском конвенте", и никто не колебался по поводу Орегона, пока Техас не был принят, воскликнул сенатор Ханнеган из Индианы; но затем "своеобразные друзья Техаса повернулись и стали делать все возможное, чтобы задушить Орегон!" Представитель Джон Уэнтуорт из Иллинойса принял к сведению циркулировавшие в то время предсказания, что Юг, "использовав Запад, чтобы получить Техас, теперь откажется от него и выступит против Орегона". В вопросе о ратификации сенаторы-демократы Севера впервые открыто восстали против администрации. Двенадцать из них проголосовали против договора и только трое - за. Их голоса были едва компенсированы голосами демократов из рабовладельческих штатов, шестнадцать из которых проголосовали "за", а двое - "против". Президент-демократ добился желанной ратификации только потому, что все виги в Сенате поддержали его, и окончательный результат голосования составил 41 к 14. Но это было дорогостоящее мероприятие.
Как вскоре узнал Полк, победа была куплена. Орегонский компромисс оставил у многих северных демократов чувство предательства; он стал сигналом первого открытого разрыва в Конгрессе между южным и северным крылом Демократической партии; он разрушил биссектрису экспансии. Таким образом, он стал второй роковой причиной раскола в демократической партии.10