Менее чем через год после того, как Уитни опубликовал свой план, Стивен А. Дуглас, тогда тридцатидвухлетний конгрессмен-первокурсник из Иллинойса, написал открытое письмо, в котором предложил альтернативу схеме Уитни. Вместо того чтобы вести дорогу из Милуоки в Колумбию, он хотел бы вести ее из Чикаго. Война с Мексикой еще не началась, но он хотел бы разместить западный терминал в заливе Сан-Франциско, "если эту страну удастся вовремя аннексировать". Вместо того чтобы рассчитывать на продвижение поселенцев как на средство продажи земли и постепенного строительства дороги, как предлагал Уитни, Дуглас хотел быстро продвинуть дорогу вперед как средство привлечения поселенцев. Чтобы облегчить реализацию своего плана, он собирался выделить регион к западу от Айовы в качестве новой территории, которая должна была носить индейское название Небраска. Одновременно со своим письмом он внес в Палату представителей законопроект об организации этой территории.3 Законопроект не был принят, но он ознаменовал появление Дугласа как одного из первых, самых настойчивых и, в конечном счете, самых влиятельных сторонников строительства Тихоокеанской железной дороги.
В оставшуюся часть правления Полка и всю администрацию Тейлора-Филлмора наблюдался постоянный рост интереса к вопросу о Тихоокеанской железной дороге и обострение соперничества между различными городами, которые надеялись получить выгоду от расположения маршрута. В эту борьбу была вложена значительная часть политической энергии того времени. Не менее восемнадцати законодательных собраний штатов приняли резолюции в пользу плана Уитни.4 Ни одна сессия Конгресса не проходила без внесения ряда законопроектов, касающихся трансконтинентального проекта.
По мере развития движения стали вырисовываться определенные направления и закономерности. В общем и целом, наиболее активное участие в строительстве железной дороги приняли штаты вдоль Миссисипи и за ее пределами, в то время как большинство оппозиционеров сосредоточились на Востоке и Юге. Консервативные сторонники строгой экономии и честности в управлении были потрясены масштабами предложений по раздаче государственных земель, а также жадностью потенциальных барыг. Старомодные приверженцы строгой конструкции, придерживающиеся взглядов Джефферсона, считали, что подобные меры по внутреннему благоустройству неконституционны, и сожалели о консолидации федеральной власти, которая могла бы стать результатом такого грандиозного проекта. Но Запад отбросил эти благоразумные соображения и действовал почти как единое целое, требуя, чтобы дорога была.