– Ты сумеешь перетянуть девчонку на нашу сторону? Не обязательно посвящать ее в тонкости наших методов внушения общественности прописных истин. Достаточно уделить внимание тому, что мы поощряем интерес к наукам. Ее нужно убедить, что Поттеру с нами будет гораздо лучше, чем с Дамблдором, который собирается использовать его втемную для каких-то своих целей. Справишься? – Барти предпочитал отдавать приказы и не терпел своеволия. Но Питер и Регулус оставались для него исключениями из правил. С ними он продолжал держаться как с друзьями, мнение которых для него важно.
– Я постараюсь, – Питер прекрасно понимал, что это всего лишь видимость – Барти уже все решил для себя и расписал роли для всех. Однако ему было приятно иметь хотя бы иллюзию свободы выбора, хотя он и считал, что руководитель обязан быть властным.
– Скоро каникулы – это прекрасная возможность обработать подружку Поттера, пока она будет подальше от Хогвартса, Дамблдора и своих друзей. Следует только узнать, где она проживает, – поставил первоочередные задачи Барти. – Есть идеи?
– Несомненно, – ухмыльнулся Питер, торопливо прикидывая в уме свои шансы управиться до каникул – времени оставалось в обрез. – Обращусь к нашим новым помощникам. Помнится мне, ходили разговоры, что Рон бывал в гостях у Грейнджер. Значит, его братья могут знать что-нибудь конкретное. А чтобы они были сговорчивыми, пообещаю не трогать Рональда, – Питер презрительно цыкнул, показывая собственное отношение к близнецам Уизли.
– Я на тебя надеюсь. Если все выйдет, то к следующему семестру у нас будет свой человек рядом с Поттером. А к концу года и сам герой магической Британии, надеюсь, сделает правильный выбор, на чью сторону следует встать, – Барти, посчитав, что все уже обговорено, решил сходить на плац и немного размяться с тренировавшимися соратниками. Но не успел он покинуть комнату, как Питер задал весьма важный вопрос.
– Мы открыто противопоставим себя Дамблдору?
– Нет, что ты! Мы пока поиграем в куклы за его спиной, – ответ прозвучал очень серьезно, давая понять, что слова следует воспринимать не как насмешку, а как иносказание. – Пускай сначала справится с Министерством и подчинит его нам. Вот тогда можно будет подумать и о его устранении с нашего пути. А пока пусть считает, что имеет право нами командовать.
Барти отправился отрабатывать любимые проклятия, а Питер решил не откладывать в долгий ящик визит в Хогсмид. Идея приручить Поттера ему понравилась. Из мальчишки можно будет сделать отличный щит, за которым прекрасно получится прятать от волшебников магической Британии свое истинное лицо до тех пор, пока власть не сосредоточится в руках Барти-Волдеморта.
***
Фадж слегка недоумевал – даже потеряв безусловный авторитет среди министерских чиновников, Дамблдору все равно довольно успешно удавалось парой намеков свести на нет недельные усилия самого Корнелиуса по укреплению собственных позиций. Легкий намек в статье «Ежедневного Пророка», громкий хлопок министерской дверью, пренебрежительный тон при упоминании Фаджа в разговоре с начальником того же отдела образования – подобное тщательно подмечалось общественностью, и из этого делались выводы. К сожалению, очень часто не в пользу действующего министра. За три недели, прошедших после визита Дамблдора к самому Фаджу, обстановка изменилась настолько, что следовало срочно принять меры, иначе ситуацию будет уже не спасти. И не потому, что министр так уж плох, а потому, что в нем засомневался великий маг, с которым знакомы несколько поколений волшебников, обучавшихся в Хогвартсе. Министры меняются каждые несколько лет, а директор лучшей и, по сути, единственной школы волшебников в Британии на протяжении почти полувека один и тот же, к тому же лет тридцать до этого проработавший там преподавателем. Точка зрения того, кому доверяют обучение своих детей, невольно вызывает уважение. Стереотипы мышления сложно изменить одним словом, для этого необходимы убедительные факты.
Выждав немного времени и очень чутко рассчитав подходящий момент, Пий Тикнесс – заместитель министра – пришел к Фаджу с предложением, которое должно было помочь исправить ситуацию, сдвинув чашу весов общественного мнения в пользу действующего министра.
– Корнелиус, хочешь не хочешь, но в следующем году нужно проводить выборы. Таковы правила. Но это не значит, что тебе придется покинуть министерское кресло, – начал с общеизвестных истин свой разговор Пий, удобно расположившись напротив Фаджа, давая понять, что настроен на долгую беседу.
